Горсть песка-12

Эх, товарищи артиллеристы…не читали вы Марка Солонина- ведь вам надо было побросать поскорее оружие, и бежать скорее в тыл…а вы спасаете не себя, а доверенную Родиной гаубицу…как тот неизвестный башенный стрелок из вашей же 5-той танковой, который еле передвигая ноги, упорно шёл с танковым пулемётом на плече…И который рассказал, что дивизия геройски дралась, пока было горючее и снаряды. А потом экипаж зажёг танк, сняв с него оставшийся без патронов пулемёт…И который сначала попросил- водички, а потом- патронов…Тоже, видимо, Солонина не читал…

(С Фёдоровым, который сейчас терзается не за себя, а за то, что не справился, не отстоял Вильно одной дивизией против всей танковой группы Гота — всё будет хорошо. Никто ему дурного слова не скажет…человек будет честно воевать дальше и погибнет в 1942 году, рядом с отважным командармом Лизюковым…)

«Если надо, Коккинаки долетит до Нагасаки!

И покажет он Танаки, где зимуют раки!»

Это про советского лётчика-испытателя Владимира Коккинаки, шеф-пилота ильюшинского КБ…И ведь действительно бы долетел! Во всяком случае, во времена оны на ДБ-3Ф свободно летал из Мурманска до Ньюфаунленда…так что была бы проявлена политическая воля и дана соответствующая команда…

Василий Константинович Коккинаки — это его брат. Тоже лётчик, но уже истребитель…

И сейчас он барражирует над Молодечно….

Примерно в одиннадцать часов утра над дорогой, проходящей через городок, появились фашистские самолеты, и на бреющем полете начали поливать свинцом мирных, безоружных людей. На глазах отступающих красноармейцев гибли женщины, старики, дети. А они были бессильны что-либо сделать!

Очевидец свидетельствует: «Не знаю ничего страшнее этих моментов бессильной ярости, когда кулаки стискиваешь до боли, а сам должен вжиматься в землю под воющий свист бомб. Как люто мы ненавидели фашистов!

И вдруг над дорогой появился наш юркий «ястребок» и сразу же ринулся в бой. Один против нескольких десятков «мессеров» и «юнкерсов»! «Отомсти им, гадам!» — наверное, думал каждый из нас. Мы хотели передать ему всю нашу ненависть, мы гонялись вместе с ним за фашистскими стервятниками. И вот запылал один самолет, за ним второй, третий. «Горят, сволочи!» — кричал кто-то рядом со мной. И если бы не генеральские петлицы, я бы с удовольствием кричал тоже. Фашистам уже было не до дороги. Они повернули назад. Но и «ястребок» задымил и начал падать. Через несколько минут где-то в лесу грохнул взрыв… Мы понимали, что это за взрыв. Многие не скрывали своих слез.»

Так погиб Василий Коккинаки…Но в огневом небе войны продолжали летать его братья — Владимир и Константин…и ещё сотни и сотни отважных пилотов…братьев по русской крови, братьев по духу…

Одиннадцать часов двадцать две минуты. Беларусь. Город Лида.