Горсть песка-12

Не сдюжила европейская машина…Поняли немцы, что в ближайшие дни им в поездах по России не кататься. Вот и бомбят.)

Со стороны Бреста-Московского осторожно подкатывает санлетучка — две платформы с инструментом спереди, иссечёный осколками паровозик героической серии «О-в», который легче всего из-под откоса доставать да на рельсы опять ставить…Пара вагонов пригородного сообщения, тоже- в щепе, с разбитыми стёклами…Тётечки в чёрных железнодорожных гимнастёрках, из НКПС-овской путевой больницы, осторожно принимают стонущих ранбольных…

Начальник вокзала, в почерневшем, когда-то белом кителе, с обгоревшей полой, принимает у машиниста бронзовый жезл и спрашивает: «Петрович, что там в Бресте-то?»

Машинист: «Ох, ВасильДмитрич, там- хуже…Много хуже…Самое главное- из путейских никого! Начальника дистанции убило, комендант ВОСО незнамо где…»

Начальник вокзала: «А кто же тебе жезл давал?»

Машинист: «Да Бознащо…Какой-то Путинкин там за старшого…Ничего себе мужик, головастый»

В этот миг помощник машиниста дал серию коротких, тревожных гудков…На Жабинку начинался новый налёт…Пятый за день…

Двадцать один час двадцать минут. Железнодорожный переезд?13 на третьей дистанции пути, перегон станция Жабинка — станция Теули магистрали «Брест-Москва».

«Да щоб ты сказывся…Василь, идь до дому! Та нарви в огороде луку, бисов сын! Сунь яму у пасть, шоб у вас повылазыло! Що робыться, що робыться…»

Дежурная по переезду Горпына Сэмэновна Шпак с досадой отвернулась…Хата брошена, диты не кормлены…А уйти нельзя! Как же уйти!

По дороге от Каменца тянулись и тянулись, шли, ехали, устало брели непрерывной чередой беженцы…блеял скот, рявкали клаксоны редких автомобилей…И всё через её переезд, шоб он сгорел…

Хорошо, что путевой телефон снова заработал — говорят, какая-то сволота провода на седьмой версте оборвала. Как без связи на железке? Ложись да помирай. А сейчас- пожалуйста, работает. Рем-восстпоезд не зря туда-сюда носится…Правда, каждый раз- как мимо проезжает, становится на вид всё страшнее — избитый, обгорелый…

Так, зараз будет санлетучка из Жабинки на Барановичи…Гарно. Надо готовиться шлагбаум опускать…

Горпына Сэмэновна подошла к противовесу- и протрубила в горн. Затем опустила верёвку…в этот миг из клубов пыли появились серые мотоциклы с колясками, в которых сидели серые запылённые фигуры в касках образца 1916 года, с рожками…

Горпына Сэмэновна дёрнула хитрый узел на противовесе…Сейчас бревно шлагбаума уже так просто не поднять…До будки она добежать успела. И успела на бегу крикнуть: «Хлопчики, ховайтесь!». И успела крутануть ручку телефона.