Горсть песка-12

А страна истерзана врагами…

И пришел, пришел момент такой —

У деревни Пьяный Бор на Каме

Флагман в одиночку принял бой…

Ой ты, красное, родное знамя,

Над рекой на миг один склонись:

У деревни Пьяный Бор на Каме

Тонет, тонет «Ваня-коммунист».

Война другая…А люди — те же самые. Советские. Русские…

«Не скажет ни камень, ни крест, где легли,

Во славу мы русского флага…»

Фон Кришнер- фон Меллентину, показывая на разбитые немецкие орудия у переправы: «Вот, я же говорил, я же предупреждал…Никто мне не верил! За русскими — глаз да глаз…А то наломают таких дров! Хуже русских — только евреи…»

Фон Меллентин удивлённо округлил бровь — антисемитизм в рейхсвере обычно не приживался.

Фон Кришнер: «Чем евреи хуже, интересуетесь? Русские дров просто наломают. А евреи дров наломают, а потом ещё нам же их и продадут…» Впрочем, фон Кришнер не сам эту «mot» (словечко, удачный каламбур) придумал — услышал на приёме у рейхсминистра вооружений Шпеера…

Восемь часов пятьдесят минут. Местечко Войская. Каменецкий район Брестской области…Бывшая «черта оседлости.»

В дорожной пыли безнадёжно рылись голенастые куры с окрашенными заботливыми хозяйками в разные цвета хвостами- чтобы сразу отличать, где чья…Раввин Шаевич сидел перед крохотной деревенской синагогой на синей как июньское небо, дощатой скамеечке и с безнадёжностью смотрел на кур. За его спиной, в такой же синей, видно, крашенной той же краской, проволочной клетке весело насвистывал чижик.

Настоятель маленького сельского костёла святой Анны ксендз Булька, похожий на розовощёкого, пухлого престарелого младенца, опираясь на палочку, осторожно опустился на лавочку рядом с Шаевичем…

Старики молчали. Зачем нужны слова двум умным людям? Тем более за последние сорок лет столько было уже говорено… Умным людям всегда есть о чём вместе помолчать.

И вообще, ксендз Булька давно пришёл к выводу, что единственное, что нужно сейчас Божьему миру- это хорошая скамеечка. Чтобы посидеть, помолчать и хорошенько подумать…

Булька первым нарушил зловещую, как перед страшной грозой, тишину: «Может, шановни пан… Вы тоже?»

Шаевич минуту подумал, почесал роскошные пейсы, а потом отрицательно покачал головой: «Нет, шановни пан…Искать будут. А вдруг найдут?»

Булька, обидчиво: «У меня?!»

Шаевич, с извинением в голосе: «Шановни пан, не хотел Вас обижать…Рисковать всё же не будем…Тем более, ОНИ и к католикам- как-то, знаете ли…»

Булька, с огорчением: «Это верно. Антихристова рать…Ну ничего. Готов у Господа меч злодеев сечь. Не всё котам масленица- придёт и Великий Пост…Ну, я пошёл?»

Шаевич: «Прощайте, шановни пан. Звиняйте, коли что не так…»

Булька, осенив его Крёстным знамением: «Храни Вас Господь, брат мой.