Пешка в большой игре

Надёжный напарник в такой ситуации — большое дело.

Потом Межуев припомнил «наезд» бандитов на Васильева и позвонил ему. Через час в квартире Межуева два майора обсуждали сложившуюся ситуацию.

— Не ходить нельзя, — вслух рассуждал Васильев. — По их законам это признание в полной беспомощности. Сразу и шлёпнут. Но если мы туда вдвоём заявимся… Их небось не меньше десятка… Хотя почему вдвоём? — внезапно вскинулся он. — Можно ведь боевых товарищей пригласить…

Заглянув в записную книжку, Васильев набрал номер.

— Юра? Васильев. Надо срочно встретиться.

Ещё через час к ним присоединился командир десятки «альфовцев».

— Где это место? — Он разложил карту.

— Вот здесь, — указал Межуев.

— Подождите, подождите. — Васильев наморщил лоб. — Это же бывшая часть ПВО — второе кольцо противоракетной обороны Москвы… Туда ведёт подземный спецтуннель…

Назначал «разборку» контрразведчикам Гена Сысоев. В самом по себе этом факте не было бы ничего удивительного, если бы он не звонил от Клыка.

После того как никто из шестёрки, спустившейся в подземный ход, назад не вернулся, Гена быстро произвёл кое-какие расчёты и к шефу не пошёл. Вместо этого он явился к конкуренту Седого и имел с ним длительную беседу, закончившуюся к обоюдному удовлетворению.

К шефу он пришёл под вечер. Тот уже знал о пяти убитых в автобусе и устроил страшный скандал, будто это Гена их и убил, чтобы окончательно ослабить группировку.

— Там Минёр вернулся, — улучив момент, сообщил Гена. — Остальные застряли в катакомбах, ждут помощи.

— Недалеко, на квартире. У него пуля в плече, но, кажется, неглубоко…

— Поехали, я сам с ним поговорю! А ты запомни — не умеешь руководить, пойдёшь на исполнительскую работу!

Гена всю дорогу молчал.

Когда они спустились в полуподвал, он трижды с определёнными интервалами стукнул в железную дверь и первым вошёл в квартиру одного из людей Гвоздодёра. Седой шагнул следом и остолбенел. Прямо на него немигающим змеиным взглядом смотрел Клык. Сысоев быстро прошёл в комнату, оставляя главарей конкурирующих организаций один на один.

— А где же Минёр? — по инерции спросил Седой, хотя холодок понимания уже скользнул от загривка к лопаткам.

Клык сделал шаг вперёд, сверкнула хорошо заточенная финка, и холодная сталь пробила сердце Седого.

Сысоев сидел на диване рядом с Гвоздодёром и нервно поёживался. Ему не нравилось то, что он делал, но другого выхода не было. Услышав короткий вскрик и шум падающего тела, он понял: власть в группировке перешла к нему. Клык держит слово, и он тоже будет честен с ворами. В конце концов, делить им нечего, всего на всех хватит: и территорий, и денег, и баб.

Когда Клык вошёл, он встретил его слегка принуждённой улыбкой.

— Сейчас я соберу своих и распоряжусь…

Он осёкся.