Пешка треф атакует

Пока мы обсуждали Серёгины финансовые успехи, официант продемонстрировал нам бутылку и разлил первую дегустационную порцию.

– За Серёгу! – тут же предложила Жанка. – Чтобы продолжал в том же духе и никогда не останавливался.

– Угу, – с этим я, конечно, согласна, как никто. Я попробовала вино и зажмурилась. – Хорошо.

Закуски мы взяли немного. Во-первых, фигуру надо беречь, а во-вторых, дегустация и сама по себе недешева, хотя имея в коробочке некоторую свободную сумму уже бы можно позволить себе не экономить, но что поделаешь. Привычка. А кроме того Серёга бы мне никогда не простил, если б узнал, что я взяла и спустила в ресторане присланные им деньги. И, разумеется, был бы прав.

– Сейчас я тебе фотки «кормильца» своего покажу! – Серёгиных фоток у меня много. Большинство из них Жанка уже видела, но есть и последние. Я достала из сумки специально взятый из дома планшет, на нем смотреть фотографии гораздо удобнее, чем на телефоне.

– Покажи, покажи, – Жанка схватила планшет и начала перелистывать фотографии. – Ух, ты! Бороду отпустил. А ему идет, – заметила она, отхлебывая приличный глоток вина. – Ничего такой стал. Поправился вроде, слушай, а он же у тебя, оказывается, симпатичный.

– Мне тоже нравится, – согласилась я с подругой. – Наверное, гамбургеры всё время жрёт. Там в Канаде, я слышала, как в Америке, все гамбургерами питаются и толстеют. И Серёга, наверняка, тоже жиртрестом скоро станет. Супротив гамбургеров любая человеческая конституция бессильна. Интересно, может и солитеры от этих гамбургеров загибаются? Я всё время думала, что он такой худющий от того, что у него внутри солитер сидит. Или бычий цепень.

– Тьфу, какая гадость! Прекрати, мы же едим, – возмутилась Жанка.

– Не едим, а в основном пьём, – справедливо заметила я.

– Знаешь, – Жанка на минуту задержалась на одной из фотографий, пристально вглядываясь в Серегино лицо. – Он здесь какой-то другой. Не как твой муж.

– А как кто? – удивилась я. – Скажешь тоже! Чем это он на моего мужа не похож? – я заглянула в планшет на фотографию, которую рассматривала Жанка. Ничего особенного я там не обнаружила. Серёга, как Серёга.

– А улыбка у него попрек всей хари, – между тем продолжала Жанка. – Вон почти все зубы видны, как радуется. А твой муж всё время хмурый и унылый ходил. Я вот ни разу не помню, чтобы он когда-нибудь улыбался. Может, его там в Канаде подменили?

– Ага! – согласилась я. – Не иначе, как инопланетяне постарались. Украли ценного научного кадра, худого и унылого, а вместо него своего разведчика Штирлица внедрили, весёлого и толстого.

– А ничего себе такой Штирлиц, а? – Жанка весело ткнула меня в бок. Я аж рот разинула.