Пешка треф атакует

Я рассматривала его небритость и думала, чем же это он мне так нравился еще совсем недавно? Мужик, как мужик. Ничего особенного. Никаким камышовым котом даже близко не пахнет. Всё-таки ни к чему мужику иметь столько волос. Я уже поняла, что в моем вкусе, оказывается, совершенно другие мужчины. Лысые и чисто выбритые. Вот только, где они теперь эти чисто выбритые. Не иначе, как чемоданы складывают в Лондон лететь.

– Налейте еще, – попросила я бармена, тот радостно выполнил мою просьбу.

– Нет, ну что за женщина такая! – услышала я за спиной знакомый голос. – Только стоит отвернуться, она уже с другим мужчиной и опять пьёт.

Ковальчук взял свободный стул, развернул его спинкой вперед и уселся на него, как на лошадь.

– Здорово, – он пожал руку джедаю. – А чего сегодня без цветов?

Джедай хмыкнул и развёл руками:

– Не завезли.

– А вы чего сюда прискакали, Роберт Штирлицевич? – спросила я, опрокинув в рот очередную стопку. – Или не все производственные секреты еще выведали?

– Соскучился, давно же не виделись. А ты всё водочку пьёшь? С утра и в рабочее время? Ай-ай-ай-ай!

– Вот и доложите там у себя в холдинге, а еще лучше увольте меня прямо сейчас. Баба с возу, кобыле легче.

– Я, пожалуй, ребята, пойду, – джедай встал из-за стола, сунул бармену деньги, сказал: – За девушку тоже, – и направился к дверям.

– Про заявку мою не забудьте, – напомнила я.

– Как можно? – джедай вышел из бара и растворился в снежной пелене.

– Я тебя обязательно уволю, если захочешь, только позже, – Ковальчук положил руку мне на колено.

– А чего тянуть? – я скинула его руку и посмотрела прямо в удивительно бесстыжие серые глаза.

– Действительно, – согласился Ковальчук. – Поехали со мной.

– Ага, сейчас. Бегу и падаю! Быренько, быренько, пока вы в Лондон не свалили, господин совладелец холдинга.

– Не ко мне, а со мной. Чувствуешь разницу? В Лондон. Я тогда тебя прямо сегодня и уволю, вернее перевод организую в управляющую компанию. Гадецкому, правда, без тебя тяжело придется, но ничего, справится. У него указка есть. Хотя, на визу время некоторое понадобится, будешь пока у начальника своего на подхвате, да и мне еще кое-какие завершающие операции необходимо провернуть.

– Ты серьёзно? – опешила я.

– Серьёзней некуда. Только учти. Едем сразу все вместе, я тебе приглашение для рабочей визы устрою. Никакие разговоры насчёт того, что ребенку надо год закончить не прокатят.

– Так и ребёнка тоже с собой возьмем?

– Разумеется. Как же иначе?

– А подумать можно?

– Нет. Чего тут думать? На вот, – он вытащил из кармана упаковку одноразовых платков, – тушь подотри. Всё время размазываешь.

Вечером я познакомила Олега с Павлушей.

– Вот, сын, – сказала я. – Это тот самый мальчишка, в которого я влюбилась.