Шестерки умирают первыми

Скажи, что я заеду за ней в одиннадцать. И еще, Ася…

– Да?

– Хоть это и против твоих принципов, но я прошу тебя, не говори ей ничего.

– Конечно.

Закончив готовить ужин, Настя на цыпочках подошла к комнате и заглянула в приоткрытую дверь. Даша сосредоточенно раскладывала ее одежду: светлые и темные блузки и пиджаки – на диван, светлые и темные юбки и брюки – на одно кресло, платья – на другое, шарфы, косынки, пояса и прочие аксессуары – на письменный стол, рядом с компьютером.

– Дарья, ужин готов, – позвала Настя, отступив на несколько шагов назад к кухне.

Наскоро поужинав, они приступили с тому, что Настя ненавидела всей душой, – к примерке одежды. Благодаря безупречному вкусу Настиной матери Надежды Ростиславовны, работавшей в Швеции, присылаемые и привозимые ею вещи были элегантными, хорошо сидели на высокой худощавой фигуре и отлично сочетались друг с другом. Даше довольно быстро удалось подобрать по меньшей мере четыре туалета, в которых не стыдно было идти не только на собственную свадьбу, но и на прием в английское посольство. Особенно изысканным выглядело длинное жемчужно-серое платье с мышиного цвета шелковым пиджаком.

– К этим нарядам нужно тщательно краситься, – недовольно сказала Настя, рассматривая себя в зеркале. – Моей бесцветной физиономией можно испортить любой туалет. И волосы придется подкрашивать, чтобы не сливались с пиджаком.

– Ну что ты выдумываешь! – возмущалась Даша. – У тебя прекрасные волосы платинового цвета, ни с чем они не сливаются.

– Не платиновые, а серые, – невозмутимо поправила ее Настя. – Не надо мне льстить.

– Я не льщу, я правду говорю. И почему ты так себя не любишь?"

"– А за что мне себя любить? За лицо, которое невозможно запомнить, настолько оно невыразительное и неяркое? За блеклые глаза? За белесые брови и ресницы? Раскрой глаза, Дашенька! Другое дело, что у меня нет никаких комплексов по поводу собственной непривлекательности. Я знаю, что могу, затратив пару часов, превратиться в красотку супер-экстра-класса, и иногда делаю это, когда очень нужно бывает. Но вообще-то мне лень этим заниматься, мне неинтересно, как я выгляжу и нравлюсь ли мужчинам.

– А что тебе интересно?

– У, это долго рассказывать, – рассмеялась Настя. – Вот ты, например, весну любишь?

– Очень, – тряхнула головой Даша.

– Когда идешь по улице, думаешь о том, что весна, апрель, небо, подснежники и все такое?

– Конечно. Думаю об этом и радуюсь, стараюсь дышать поглубже, чтобы весну в себя вобрать. А ты?

– А я, солнышко, моральный урод. Вот иду я сегодня по улице и думаю о том, что в марте в Московской области совершены четыре убийства, и апрель начался с точно такого же убийства, и интересно мне, как наступление весны повлияет на этого загадочного убийцу.