Брат, стреляй первым!

Бригадир чуть в штаны не наложил от радости. И стол в кабаке не мог оставить его равнодушным — разве что птичьего молока ему не подавали. Ну а девочки… Ему одному достались сразу три красавицы. Что они с ним делали всю ночь, можно было только догадываться. Но к утру Кузнец едва держался на ногах. Будто все соки из него выжали.

— Ну вы, блин, пацаны, даете! — довольный, как слон, говорил он. — Таких мочалок подогнали… Я же теперь месяц на баб смотреть не смогу…

— Вот через месяц, брат, и подъезжай, — усмехнулся Витал. — Повторим…

— Да вы сами ко мне подъезжайте. Погудим. Девки будут, не вопрос…

— Подъедем, брат, подъедем, — хлопнул его по плечу Вован. — Всю водку выжрем, всех сосок твоих отымеем…

— Конечно, пацаны, какой разговор… И если вдруг какие проблемы, сразу ко мне. Всегда рад помочь… На этом и расстались.

— Вот так надо, — сказал Витал. — Хлеб-соль, подарок и девочки… И все, никаких претензий…

Никита лишь усмехнулся. Если бы все проблемы можно было улаживать таким вот мирным путем.

Машина правосудия тщетно пыталась переварить в своей прогнившей утробе черняевских братков. Создавалось впечатление, что она переваривает саму себя. Со скрипом, тяжело вращались ее жернова. То одна шестеренка слетала с оси, то другая. Со скрежетом, натужно, эта машина одного за другим отхаркивала рядовых членов команды… Еще немного, и она отторгнет самых главных авторитетов…

Витал крутился как белка в колесе. Вместе с Никитой и Вованом он сумел развести лохов на крупные бабки, и после выплаты долга у него остались значительные суммы. Получилось что-то вроде второго «общака».

Бабок Витал не жалел. И легко пожертвовал кругленькой суммой, взамен которой он получил на руки очень важные и интересные документы. По его заказу были похищены оригиналы протоколов изъятия оружия и наркотических средств. Менты сделали все по уму, по всем правилам протоколы эти оформили. Но некие лица, пожелавшие остаться неизвестными, поставили на этой работе жирный крест. И остальные козыри мало-помалу выскальзывали из рук обвинителей.

Уже не за горами было то время, когда Кэп и Горбыль окажуться на свободе.

Стараниями Никиты и Вована, а затем и Витала их корабль остался на плаву. И ходко шел прежним пиратским курсом. Штурвал держала твердая рука Витала. И он готов был по первому же требованию передать в руки законных капитанов. А пока бал на корабле правил он…

Никита оставался как бы не при делах. Он и сам не хотел помогать Виталу. Да тот его об этом и не просил. Но совсем откалываться от команды не велел. Будто на всякий пожарный случай его берег.

Витал не угрожал ему, не пытался удержать силой. Он просто просил, чтобы Никита не бросал его в трудную минуту.

— Не хочешь ничего делать, не надо, — сказал он ему.