Больно только в первый раз

Ближе к тротуару я перехожу на трусцу и ступаю на него, глядя на Полину сверху вниз. Тяну носом воздух. Сладкий запах духов. Знакомых. Он мне нравится.

Голод сосет под ложечкой.

Я действительно слишком давно Полину не видел. На ее губах красная помада. Тоже знакомая.

Пфф-ф…

— Давай где-нибудь посидим. Поговорим, — решаю обойтись без шелухи.

Ее взгляд скачет по моему лицу, по телу тоже немного. Она поджимает губы, смотрит на меня волком…

Если дотронусь без разрешения, получу по лицу, нет сомнений. В глазах у нее предупреждение. В позе.

Я бы не стал ее трогать, я же не одноклеточное, но этот сигнал распаляет.

Мы оба взрослые, поэтому логично, что Полина говорит: — Где-нибудь я не хочу. Хочу в «Елках».

— Где это? — спрашиваю я.

— На набережной. На самом въезде. Это кофейня.

— Хорошо, — киваю ей. — Пошли?

Полина бросает взгляд на припаркованный на той стороне «китаец» Дениса.

Это напоминает и мне, и ей, наверное, что я в этом городе гость. Но я здесь из-за нее. Из-за нее, и только.

Секунду она медлит, а потом быстро идет к машине, оставив меня тормозить на тротуаре. Я быстро присоединяюсь. Иду следом и на ходу снимаю с дверей блокировку, нащупав в кармане брелок.

Полина садится в тачку, не дожидаясь меня.

Нагнав ее, я занимаю водительское место и завожу мотор.

— Что с рукой? — спрашиваю ее.

Ее ладонь перевязана эластичным бинтом, из-под которого торчат тонкие пальцы с красным маникюром."

"— Неудачно упала со снегохода, — отвечает Полина. — Растяжение.

Она смотрит в окно.

Отъезжая, я интересуюсь:

— Активные выходные?

— Да. Очень.

— Расскажешь, где была?

— В гостях, — пожимает она плечом. — У знакомых дом за городом. Почти тридцать километров отсюда. Там очень хорошая природа, я видела лося.

— Я недавно видел стадо туров. Это такой горный козел…

Она отвечает молчанием, продолжая смотреть в окно.

Ладно.

Я вперяю взгляд на дорогу, реагируя на команду навигатора свернуть на перекрестке.

Обстановка в кафе проходит мимо моего внимания. Все, что могу сказать: здесь тепло, остальное меня мало интересует.

Полина заказывает себе кофе. Я беру такой же.

Я не нервничаю только потому, что разогрет до состояния пущенного снаряда. Полина — это одно из тех определяющих обстоятельств, которые время от время корректируют мою жизнь. И я хочу понимать, чего хочет она. Хочу понимать, возможно ли между нами то, что я озвучил ей по телефону.

Ее взгляд скользит по моим рукам, плечам. К лицу. Настороженный. И, блядь, жалящий.

Я дергаю свою куртку, которая висит на спинке стула и достаю из кармана небольшую бархатную коробку. Выкладываю ее на стол перед Полиной, говоря: — Это тебе.

Испытываю облегчение, когда она берет мой подарок без выкрутасов.

Внутри кулон и серьги. Комплект. Это бриллианты.