Первый закон

– Осадные машины, – пробормотал Глокта. «Все в точности так, как сказал Юлвей». – Они не шутят.

– Ну, вы ведь тоже не шутите!

Коска встал у зубца стены и принялся возиться со своим ремнем. Мгновением позже Глокта услышал звук его мочи, разбивающейся об основание стены далеко внизу. Наемник ухмыльнулся через плечо, его тонкие волосы трепетали на соленом ветру.

– Здесь все предельно серьезны. Мне надо поговорить с магистром Эйдер. Я чувствую, что скоро я начну получать мои боевые деньги!

– Похоже на то. – Глокта медленно опустил подзорную трубу. – А также их зарабатывать.

Первый из магов скорчился на спине в повозке, втиснутый между бочонком с водой и мешком конского корма, с мотком веревки под головой вместо подушки. Логен никогда не видел его таким старым, исхудавшим и слабым. Байяз часто дышал, его кожа, бледная, с красными пятнами, туго обтянула кости, на ней проступили бисеринки пота. Время от времени он дергался, корчился и бормотал странные слова, и тогда его веки трепетали, словно он не мог очнуться от кошмара.

– Каждый раз, когда ты применяешь искусство, ты берешь взаймы у Другой стороны, и этот долг должен быть возмещен. Это рискованно даже для мастера. Пытаться изменить мир мыслью… какая самонадеянность! – Его губы искривились в улыбке. – Если брать в долг слишком часто, то однажды можно коснуться нижнего мира – и оставить там часть себя…

– Часть себя? – пробормотал Логен, опуская взгляд на вздрагивающего старика.

Ему не понравилось, как Ки говорил об этом. На взгляд Логена, улыбаться тут было нечему. Особенно если учесть, что они застряли в глуши, не имея понятия, куда идти дальше.

– Только подумать, – шептал ученик. – Первый из магов беспомощен как дитя! – Он мягко положил ладонь Байязу на грудь. – Его жизнь висит на волоске. Я мог бы прямо сейчас протянуть руку, вот эту слабую руку… и убить его.

– Зачем бы ты стал это делать?

Ки поднял голову и улыбнулся своей болезненной улыбкой.

– Действительно, зачем? Так, просто в голову пришло. – Он отдернул руку.

– Долго он еще будет лежать?

Ученик растянулся в повозке и устремил взор в небо.

– Трудно сказать. Может быть, несколько часов. А может быть, всегда.

– Всегда? – Логен заскрежетал зубами. – И что нам тогда делать? Ты хоть знаешь, куда мы идем? И зачем? И что нам делать, когда мы туда доберемся? Может, лучше повернуть обратно?

– Нет. – Лицо Ки стало жестким, как лезвие клинка. Логен никогда не подозревал, что у него может быть такое лицо. – Позади враги. Если мы повернем сейчас, это может оказаться еще опаснее, чем продолжать путь. Мы двигаемся дальше.

Логен поморщился и потер глаза. Он чувствовал себя усталым, раздраженным и больным. Он жалел, что не расспросил Байяза о его планах, когда была такая возможность.