Первый закон

– Что ж, не люблю хвастаться, – магистр простодушно пожала плечами, – но я действительно имею в городе некоторое влияние. Как вижу, вы уже успели кое-что разузнать.

– Это мое основное занятие. – Глокта поднес ложку ко рту, очень стараясь не прихлебывать, чему мешал недостаток зубов. – Кстати, суп у вас просто восхитительный.

«И, будем надеяться, не отравленный».

– Я так и думала, что вы оцените. Как видите, я тоже задавала вопросы.

Вода плескалась и журчала в фонтане, ткани на стенах шелестели, серебряные приборы с тихим звоном касались тонкого фарфора.

«Я бы сказал, что первый раунд закончился вничью».

Карлота дан Эйдер первая прервала молчание.

– Разумеется, я понимаю, что вы приехали с заданием от самого архилектора и это задание величайшей важности. И я понимаю, что вы не из тех, кто привык ходить вокруг да около, но все же вам стоило бы действовать чуть более осторожно.

– Признаю, хожу я действительно неуклюже. Боевое ранение, да еще два года пыток… Чудо, что мне удалось сохранить ногу.

Она широко улыбнулась, открыв два ряда безупречных зубов.

– Я в восхищении, но мои коллеги, боюсь, иного мнения. И Вюрмс, и Виссбрук возымели к вам решительную неприязнь. «Зарвавшийся» – так, кажется, они говорили о вас. А другие слова я предпочту не повторять.

Глокта пожал плечами.

– Я приехал не для того, чтобы заводить друзей.

Он осушил бокал вина – как и ожидалось, превосходного.

– Но друзья бы вам пригодились. В конце концов, один друг – это на одного врага меньше. Давуст предпочитал доставлять неприятности всем и каждому, и результаты не были для него благоприятны.

– Давуст не имел удовольствия пользоваться поддержкой закрытого совета.

– Верно. Однако никакие бумаги не остановят удара кинжала.

Карлота дан Эйдер рассмеялась. Это был непринужденный, легкий, дружелюбный смех. Невозможно поверить, что человек, который так смеется, может быть предателем или угрожать кому-то. Ведь она просто очаровательная идеальная хозяйка, принимающая гостей.

«Однако я все еще сомневаюсь».

– Это совет. Совет, рожденный горьким опытом. Я бы предпочла, чтобы вы пока никуда не исчезали.

– В самом деле? Не ожидал, что я настолько желанный гость.

– Вы немногословны, вы любите противоречить, в вас есть что-то пугающее, а еще с вами приходится жестко ограничивать меню… Но дело в том, что вы мне нужнее здесь, чем там, – она махнула рукой, – куда делся Давуст. Куда бы он ни делся. Не хотите ли еще вина?

Она поднялась со стула и скользнула к нему, словно танцовщица, мягко ступая по прохладному мраморному полу.

«Босиком, по кантийской моде».

Когда она наклонилась вперед, чтобы наполнить бокал гостя, легкий ветерок всколыхнул ее струящееся одеяние и дохнул в лицо Глокты пряным ароматом ее тела.