Первый закон

Этот монотонный вид перебивала только дорога – полоса более короткой и сухой травы, в проплешинах голой черной земли, прорезавшая равнину прямо, как летит стрела.

Ферро не понравилось это бесконечное однообразие. Она хмурилась, вглядываясь в даль. В Бесплодных землях Канты голая земля была полна приметных черточек – расколотые валуны, безводные долины, сухие деревья, отбрасывающие когтистые тени; залитые тенью отдаленные овраги; горные хребты, купающиеся в свете. В Бесплодных землях Канты небо над головой было пустым и ровным: сияющая чаша, в которой нет ничего, кроме ослепительного солнца днем и ярких звезд ночью.

Здесь же все выглядело странно перевернутым.

Земля была совершенно невыразительной, зато небо полнилось движением, там царил хаос. Над равниной нависали громоздящиеся друг на друга облака, темнота и свет свивались вместе в колоссальные спирали. Эти спирали скользили над травянистой пустошью вместе с пронзительным ветром, беспрестанно двигались, поворачивались, разрывались на части и снова сливались воедино, отбрасывая грандиозные текучие тени на притаившуюся внизу землю и угрожая обрушить на шестерых крошечных путешественников с их крошечной повозкой чудовищный потоп, в котором захлебнется мир. И все это нависало над сгорбленными плечами Ферро – гнев Божий, ставший явью.

Это была чужая страна, и в этой стране для нее не было места. Чтобы оказаться здесь, нужны причины. Веские причины.

– Эй, Байяз! – крикнула она, приближаясь к нему. – Куда мы едем?

– Хм, – проворчал он, из-под насупленных бровей оглядывая травяное море, эту бескрайнюю пустоту. – Мы едем на запад, через равнину, затем переправимся через великую реку Аос и двинемся к Изломанным горам.

Она заметила, что тонкие морщинки вокруг его глаз и поперек переносицы стали глубже, губы сжались плотнее. Байяз был раздражен. Ему не нравились эти вопросы.

– Потом поедем дальше.

– Сколько времени это займет?

– Всю зиму и часть весны, – резко ответил он. – А после этого нам надо будет возвращаться.

Маг пришпорил своего коня и рысью пустился вперед, к голове отряда.

Но от Ферро не так-то легко было отделаться. Во всяком случае, этому изворотливому старому розовому. Она тоже пришпорила лошадь и снова нагнала его.

– Что такое «Первый закон»?

Байяз быстро взглянул на нее.

– Что тебе об этом известно?

– Немного. Я слышала, как ты говорил с Юлвеем. Через дверь.

– У вас громкие голоса, а у меня чуткие уши. – Ферро пожала плечами. – Я не собираюсь напяливать себе на голову ведро ради того, чтобы ваши секреты никто не услышал. Что такое «Первый закон»?

Борозды на лбу Байяза стали глубже, рот скривился уголками вниз. Гнев.

– Это ограничение, которое Эус наложил на своих сыновей.