Первый закон

Люди за пределами монаршей ложи не слышали, что было сказано на самом деле. Никто из них не понял значения того, что стало, без сомнений, самым неловким моментом в жизни Джезаля.

Когда Глокта вошел, архилектор стоял возле своего огромного окна. Как всегда стройный и импозантный, в безупречном белом камзоле, Сульт задумчиво глядел поверх шпилей Университета в сторону Дома Делателя. По большой круглой комнате проносился мягкий ветерок, он трепал копну белых волос архилектора и шуршал бумагами на его огромном письменном столе.

Сульт повернулся навстречу Глокте.

– Инквизитор, – произнес он, протягивая руку в белой перчатке.

Яркий солнечный свет из окна упал на огромный камень на архилекторском кольце, и тот засиял багровым огнем.

– Служу и повинуюсь, ваше преосвященство.

Глокта взял руку Сульта и нагнулся, поморщившись от боли, чтобы поцеловать кольцо. Он едва устоял на ногах, вцепившись дрожащими пальцами в свою трость.

«Черт меня побери, если старая сволочь с каждым разом не опускает руку все ниже, чтобы полюбоваться на мои мучения».

Сульт одним плавным движением переместился в высокое кресло и устроился там: локти на столешнице, пальцы сложены перед лицом. Глокте ничего не оставалось, как стоять и ждать. Его нога горела огнем после подъема по лестнице Допросного дома, капли пота стекали, щекоча кожу черепа, а он стоял и ждал приглашения сесть.

– Прошу вас, усаживайтесь, – промурлыкал архилектор и подождал, пока Глокта доковыляет до одного из кресел поменьше, расставленных вокруг круглого стола. – Итак, скажите мне, достигло ли ваше расследование хоть какого-то успеха?

– Некоторого. Несколько дней назад, ночью, в покоях наших посетителей была тревога. Они заявляют, что…

– Несомненно, это лишь попытка прибавить достоверности всей возмутительной истории. Магия! – Сульт презрительно фыркнул. – Удалось ли выяснить, каким образом в действительности проделана брешь?

«Может быть, магия?»

– Боюсь, что нет, архилектор.

– Прискорбно. Нам помогли бы какие-либо объяснения того, как именно им удалось устроить свой фокус. Впрочем… – Сульт вздохнул, словно ничего лучшего он и не ожидал, – не стоит гнаться за слишком многим. Вы разговаривали с этими… людьми?

– Разговаривал. Байяз – если мне позволено использовать это имя – оказался более чем скользким собеседником. Не имея в своем распоряжении никаких более сильных средств убеждения, чем простые вопросы, я не вытянул из него ничего. Его друг-северянин тоже требует внимания и изучения.

Единственная морщинка пересекла гладкий лоб Сульта.

– Вы подозреваете, что он связан с этим дикарем Бетодом?

– Возможно? – раздраженно переспросил архилектор. – Что еще случилось?

– В нашей веселой компании появился еще один товарищ.

– Я знаю.