Первый закон

Они фехтуют вместе и еще много чего… может, он знает его сестру или что-то в этом роде, не знаю…

– А есть и другое объяснение, – услышал Джезаль возбужденный голос Бринта, словно тот намеревался выдать самую соль анекдота. – Может быть, он просто влюблен в нее!

Все трое разразились хохотом. Да, это хорошая шутка. Капитан Джезаль дан Луфар – влюблен! Да еще в девушку, чье положение настолько ниже его собственного! Что за нелепая идея! Что за абсурдное предположение! Обхохочешься!

– Дерьмо, – проговорил Джезаль и уронил голову в ладони.

Ему было не до смеха. Как, черт побери, ей удалось довести его до такого? Как? Что в ней особенного? Она, конечно, очень хорошенькая, и умная, и забавная, и все прочее, но это не объяснение!

– Я не должен с ней больше видеться, – прошептал он. – Я не хочу!

Он ударил кулаком по стене. Его решимость тверда, как железо. Она всегда была такова – пока под дверью не появлялась новая записка.

Он простонал и хлопнул себя по голове. Ну почему он это чувствует? Почему он… Джезаль не мог заставить себя даже мысленно произнести это слово. Почему Арди ему так нравится?

А потом он понял. Он знал почему.

Потому что он не нравился ей.

Эти дразнящие полуулыбки. Эти взгляды искоса, которые он ловил временами. Эти шутки, всегда язвившие слишком глубоко. Не говоря уж о случайных проявлениях откровенного презрения. Ей нравились его деньги – может быть. Ей нравилось его положение в обществе – разумеется. Ей нравилось, как он выглядит, – без сомнения. Но по сути, эта женщина презирала его.

И такое чувство было для него внове. Джезаль всегда принимал как само собой разумеющееся, что его все любят; он никогда не имел повода сомневаться в том, что он прекрасный человек и достоин величайшего уважения. Но Арди его не любила. Теперь он это видел, и это заставило его задуматься. Не считая челюсти (конечно же), денег и одежды – что в нем может нравиться?

Она относилась к нему с презрением, и он такого отношения заслуживал – и это еще больше распаляло его.

– Очень странно, – уныло бормотал Джезаль, прислонившись к стене. – Очень странно…

Он очень хотел, чтобы Арди переменила свое мнение.

– Как ты себя чувствуешь, Занд?

Полковник Глокта открыл глаза. В комнате было темно. Черт побери, он проспал!

– Черт побери! – заорал он, скинул одеяло и выпрыгнул из постели. – Я проспал!

Он схватил свои форменные брюки, натянул их и принялся непослушными руками застегивать ремень.

– Не беспокойся об этом, Занд! – Голос матери звучал мягко, но при этом нетерпеливо. – Где Семя?

Глокта сдвинул брови, надевая рубашку.

– У меня нет времени для этой чепухи, мама! Почему ты всегда думаешь, будто знаешь, что для меня хорошо, а что плохо? – Он огляделся в поисках шпаги, но не увидел ее.