Первый закон

– Так, значит, он вам платит?

– Вы последовали за ним из преданности?

– Нет, вовсе нет. – Северянин неторопливо поскреб щетину на подбородке. – Вообще-то я не знаю, кто я.

«Большой безобразный лгун – вот кто ты. Но как это доказать?»

Глокта махнул тростью, указывая на разоренную комнату:

– Каким образом вашему ночному гостю удалось причинить столько разрушений?

– Он называет это искусством.

– Низшая магия необузданна и рискованна, – затянул ученик высокопарным речитативом, словно то, что он говорил, было ужасно важным, – ибо она исходит с Другой стороны, а черпать силу из нижнего мира чревато опасностью. Маг укрощает магию знанием, и так творит высокое искусство, но подобно кузнецу или…

– Другая сторона? – резко переспросил Глокта, прервав поток бессмыслицы, изливавшийся из уст юного дурака. – Нижний мир? Ад, ты хочешь сказать? Магия? Вы обучены какой-нибудь магии, мастер Девятипалый?

– Я? Нет! – Северянин засмеялся. Немного подумал и добавил, словно это только сейчас пришло ему в голову: – Но я могу разговаривать с духами.

– С духами, вот как? – «О нет, только не это!» – Возможно, они смогли бы сказать нам, кто вторгся сюда прошлой ночью?

– Боюсь, вряд ли. – Девятипалый печально покачал головой, то ли не заметив сарказма Глокты, то ли не считая нужным обращать на него внимание. – В таком месте их больше не осталось. Здесь они спят, и спят уже давно.

– Ах да, ну конечно. – «Всем духам уже давно пора баиньки… Ладно, я устал от этой чепухи». – Ты пришел от Бетода?

– Можно сказать и так.

Теперь удивился Глокта. Он ожидал резкого вдоха, бегающих глаз, торопливой попытки соврать, но не столь откровенного признания. Девятипалый, однако, и не моргнул.

– Я когда-то был его поединщиком, – пояснил он.

– Да, я бился за него в десяти поединках.

Глокта с трудом подыскивал слова:

– Вы, разумеется, отдаете себе отчет в том, что Бетод вторгся в пределы Союза?

– Да уж. – Северянин вздохнул. – Мне надо было прикончить этого гада много лет назад, но я был молод и глуп. А теперь я сомневаюсь, что мне выпадет еще один случай – так уж все устроено. Надо… как там это называется?

– Смотреть правде в глаза, – подсказал Ки.

Глокта сдвинул брови. Мгновение назад ему казалось, что он вот-вот извлечет смысл из этой чепухи. Но то мгновение куда-то ускользнуло, и смысла стало еще меньше, чем когда-либо. Инквизитор воззрился на Девятипалого, но не сумел прочесть на изрезанном шрамами лице никаких ответов. Только новые вопросы.

«Разговаривает с духами? Дрался на поединках за Бетода, хотя является его врагом? Таинственная женщина напала на него среди ночи? И он даже не знает, зачем находится здесь? Умный лжец смешивает ложь с правдой, а этот навыдумывал столько, что я не знаю, с чего начинать».