Первый паладин

Я помог сэкономить эти секунды, призвав «светлячка», что позволило не мучиться с зажиганием факела.

Вольдемар шел впереди, Маришка следом, а я замыкал нашу группу.

При выходе из прохода я внутренне напрягся, ожидая засады. Но, видимо, в замке еще не успели сообразить, что к чему и выслать погоню, поэтому мы благополучно добрались до леса, где Вольдемар отыскал свою лошадь.

Харли же искать не пришлось. Единорожица будто бы чувствовала, где я нахожусь, и вскоре оказалась рядом.

Стоя посреди леса, мы встретились взглядами с Вольдемаром и повисло напряженное молчание.

– Какого черта ты там натворил, Вольдемар? – Глядя исподлобья обратился я к барду.

Но его мой взгляд не смутил. Напротив. Он выпрямился и, глядя мне прямо в глаза, ответил:

– Я натворил справедливость! Или ты не видел, в каком состоянии пребывают эти крестьяне? Голодные и нищие, задушенные поборами и повинностями. Я всего лишь устранил источник проблемы.

Я удрученно покачал головой:

– Ты лишь устранил её следствие. И подверг риску невинную. – Я указал на девушку, стоящую неподалеку.

– Всё было спланировано.

– Ладно. – Я развел руками. – Как ты вообще это сделал? Откуда ты знал, что он придет к ней сегодня?

– Это был лишь один из вариантов. Знаешь что-нибудь о корне Зверохвата? Он произрастает на юге. При правильном приготовлении, в сочетании с алкоголем, он вызывает неудержимое желание у мужчины.

Я обреченно прикрыл глаза ладонью:

– И ты был уверен, что он пойдет к ней?

– Не уверен, но если бы он пошел к какой-нибудь служанке, я бы просто пробовал другие варианты. А так, повезло разобраться с проблемой всего лишь за один день.

– Как ты вообще проник в замок?

– А как проник ты? Есть множество методов. Сначала притвориться извозчиком. Потом слугой, дабы получить доступ к его еде. Потом стражником, чтобы застать врасплох.

– Почему бы просто было его не отравить? Зачем такие сложности?

– Потому что всё должно было быть похоже на несчастный случай. Сейчас всё выглядит так, будто бы выпивший князь пришел к девке и случайно выпал из окна.

– Её же будут искать!

– Да кто её найдет? Я помогу ей скрыться, и вскоре все про неё забудут.

– И скольких ты уже убил? Вот таким образом.

– Какая разница, паладин? Хочешь меня остановить? Давай! Я весь твой. Но в глубине души ты понимаешь, что я вершу правое дело.

– Это скользкая дорожка, Вольдемар... Ведущая лишь в ад.

Я повернулся к девушке:

– Теперь со мной тебе нельзя. После произошедшего, у дознавателя возникнет слишком много вопросов. А ты… – Я обратился к барду. – Надеюсь, сможешь укрыть её, после того как подставил.

Я вскочил на Харли и, не оборачиваясь, поехал к дороге. В голове вертелось всё произошедшее, и по итогу я просто вздохнул. Я не мог осуждать Вольдемара.