Первый паладин

Если понадобится помощь, отпустите голубя, и они прибудут по вашим следам.

Мы молча кивнули и отправились в путь.

– К чему такие сложности с подземным ходом? – Удивился Генрих. – Разве нельзя было просто выйти через ворота?

– За главными воротами могут наблюдать. И если мы имеем дело с каким-то организованным культом, это их спугнет.

– Но ведь наши лошади тоже выводились через ворота. Разве это будет не подозрительно.

– Они выводились на пастбище вместе с остальными. Такое иногда практикуется.

Генрих пожал плечами, мол: «Как скажете». И мы помчались к Лунуму. Нужно было торопиться и успеть до заката нанести знаки.

Мы обогнули деревню по широкой дуге и прибыли на нужную поляну. В этот раз дело шло быстрее, так как я решил начать посвящать в искусство знаков и Генриха. Поначалу, конечно, выходило корявенько, но уже с третьей ловушки князь набил руку и напитанные мною конструкты слабо засветились в надвигающейся темноте.

Мы на скорую руку их замаскировали, после чего Стрикт задал вопрос:

– А если ловушка среагирует в другой деревне, как мы узнаем?

– Вот так. – Ухмыльнулся я и нанес чернилами знаки на свои ладони. – Теперь при срабатывании ловушки в Лунуме, загорится моя левая рука. Соответственно, Кунья – правая.

– Умно. – Покивал Стрикт. – Значит нужно разместиться между ними.

Под покровом надвигающихся сумерек мы разместились между двумя деревнями и принялись ждать.

Через часа три Генрих начал сомневаться:

– А с чего мы вообще взяли, что убийца сегодня объявится? Может мы так зря ночь и просидим?

– Оперативная работа подразумевает под собой ставки на вероятности, князь. – Тихо отвечал ему закутанный в плащ лорд. – Пока что, ловушки Иратуса – наш единственный шанс поймать преступника. Вероятность появления его этой ночью невелика, но и далека от нуля. Поэтому сейчас подежурим мы, а следующей ночью организуем более подготовленную и не столь спонтанную засаду.

И мы принялись ждать. Удаленность от обеих деревень позволила не опасаясь вести беседы и мы смогли просто поболтать.

Поначалу Стрикт молчал, закрыв глаза и тихонько подремывая, но постепенно расслабился и начал поддерживать беседу. Я же, пользуясь случаем, смог поинтересоваться у него, как у столичного жителя, о том как проходят Великие Турниры. И каковы шансы у безродного крестьянина там победить.

Как и оказалось, шансы у простых людей стремительно падали к нулю. Как правило, за титул боролись безродные, но сильные маги, коих собирали со всего королевства для обучения в магической академии. Сильнейшие из них могли добиться высокого положения и почестей.

Но также в турнире учувствовали и аристократы.