Перворожденный

Это большая честь, однако состояние здоровья не позволяет ему отправиться в путешествие в столицу, и он принял решение послать в Сарианту меня, как представителя нашего семейства.

Это прекрасно еще и потому, что мы сможем увидеться, и у меня появится возможность лично убедиться в твоем благополучии.

С нетерпением жду встречи.

С любовью, Дж. Х.»

Хмурясь, Катрина свернула листок вдвое и положила рядом на туалетный столик.

Кажется, Джошуа наконец сообразил, что его письма в королевском замке читает не только она. «Большая честь»… Помнится, он всегда говорил, что в столице под боком правителя живут одни лоботрясы, да и сам король, вероятнее всего, не более чем ширма для отвода глаз.

Перспектива увидеть жениха здесь не радовала. Она приехала только ради дела, а он будет отвлекать. А еще задавать вопросы, на которые ей запрещено отвечать.

Катрина покопалась в себе. Ей хотелось бы сказать, что соскучилась или тоскует по дому, но ничего такого она не испытывала. Приезд Джошуа скорее расстроил, чем обрадовал.

Хорошо, что он написал, заранее предупредив о своем визите. Так у нее, по крайней мере, будет достаточно времени подготовиться.

Катрина взяла в руки конверт, который отложила в сторону, когда достала послание. Оказалось, зря — он не был пуст. На колени выпало миниатюрное изображение жениха — решил еще раз напомнить о себе. Можно подумать, она могла о нем забыть.

Жених серьезно смотрел на нее с небольшой картины, выполненной талантливым художником. И ей показалось, что даже в этом изображении чувствуется немой укор.

Джошуа Холланд был красив. Молодой, с правильными чертами лица, высокими скулами и полными губами. У него были роскошные каштановые волосы, лежащие на широких плечах крупными кудрями, и по контрасту с ними — ярко-голубые глаза, обрамленные длинными темными ресницами.

Он пользовался большой популярностью у незамужних девушек, присматривающих себе кандидата в супруги. Настолько, что, когда Катрина объявила подругам, кто станет ее будущим мужем, круг этих самых подруг значительно сузился. Ей завидовали и не понимали, почему она не прыгает до потолка, «ухватив» такую выгодную партию.

Катрина не прыгала. Скорее, приняла как должное. Постаралась найти с Джошуа общий язык и сократить общение с подругами, зависть которых била наотмашь при каждой встрече, стоило им забыть надеть защитный амулет.

Рассмотрев портрет, Катрина поставила его у зеркала и отправилась собираться к завтраку.

Вернулась из ванной, встретилась своим с укоряющим взглядом Джошуа и убрала изображение в ящик.

Должно быть, жених ждал ответного подарка и письма, пышущего восторгом от предстоящей встречи. Вероятно, так ей и следовало поступить.

Может, позже.