Перворожденный

Кажется, ей только что удалось продемонстрировать, что считает короля неуверенным в своих решениях и склонным к их переменам и колебаниям.

Неудобно вышло.

Она также оставила при себе готовые сорваться с языка слова извинений. Если бы ей вздумалось просить прощения за свою оплошность, это выглядело бы еще хуже.

— Что еще он вам показал?

Катрина подняла глаза от тарелки, которую гипнотизировала уже несколько минут.

— Рассказал, как наказал инквизиторов, которые убили Карлоса Дьерти.

— О. — Похоже, об этом король не знал, и выглядел по — настоящему заинтересованным. — И как же?

— Он вживил им в тело антимагические камни, — произнесла медленно, внимательно следя за реакцией: ужаснется, не поймет всю важность сотворенного, ибо сам не имеет дара, или останется равнодушным?

Король не ужаснулся и не удивился.

— Так вот из-за чего он их так, — кажется, для Эрика встал на место недостающий кусочек мозаики.

Катрина не сдержалась:

— Вы знали?

Эрик поморщился, будто съел не сладкую булочку, а укусил лимон.

— О том, что Нэйт наказал нескольких инквизиторов очень… э-э… оригинальным способом? Знал.

Похвастался, значит. В общем — то, Катрина не ожидала ничего иного. С одной стороны, Нэйтан отомстил за жестокое убийство близкого человека, но с другой, этической точки зрения…

— Леди Морено, — король настойчиво привлек к себе ее внимание, и Катрина послушно перевела взгляд на собеседника, — вас неприятно поразило то, что Нэйт сделал?

Она еще раз убедилась: что с Эриком, что с Нэйтаном никогда нельзя предугадать, что их заинтересует, а что оставит абсолютно равнодушными.

— Есть вещи, по сравнению с которыми смерть желаннее, — призналась Катрина, — но…

— Но мне, как не магу, это не объяснить? — прищурился Эрик, но прозвучало это не зло, скорее, с грустной усмешкой.

— Простите мне мою дерзость, ваше величество.

— У каждого своя судьба, — философски изрек король, давным-давно смирившийся с отсутствием дара в своей крови. — Но вот что я хотел бы, чтобы вы поняли. — Эрик отложил столовые приборы, подался вперед, уперев локти в край стола, и переплел пальцы. — Я позвал вас помочь в расследовании, и мне крайне важна ваша объективность. Нэйтан не ангел и порой совершал жестокие поступки, но тем, о котором идет речь, не гордился. Он был слишком юн и импульсивен, поэтому и сделал так… как сделал.

— Но почему Инквизиция спустила ему это с рук? — почувствовав, что король готов приоткрыть завесу тайны, окутывающую Нэйтана, Катрина осмелилась задать вопрос. — Почему не преследовала?

Да, Нэйтан очень силен, но Катрина не могла поверить, что Инквизиция просто-напросто побоялась связываться. Того, с кем не смогут справиться пятеро, сумеют победить десятеро.