Перворожденный

Что дальше?

— А дальше именем Инквизиции просим и требуем сотрудничать, взамен гарантируем безопасность до вынесения приговора.

Нэйтан сложил руки на груди и ледяным тоном осведомился:

— Обвинение?

— Препятствие правосудию в городе Гоха.

— Вы знаете, кто он? — кивнул в сторону все еще багрового от злости Фина. Ральф тоже бросил в его сторону досадливый взгляд. — Знаете, — заключил Нэйт. — А еще знаете, что, если вернете его домой живым и здоровым, Финистеры пожертвуют Инквизиции кругленькую сумму и останутся в должниках. Так что я не воспрепятствовал правосудию, а поспособствовал.

— В случае несогласия с обвинением лорда Финистера в Гохе вы должны были подать жалобу, — подал голос тощий молодой инквизитор, стоящий по левую руку и чуть сзади от Ральфа.

Угол губ главного нервно дернулся, кажется, он не собирался признаваться, что им было известно о том, что они только что пленили и связали не кого-нибудь, а «лорда Финистера».

— Соллоп, — скомандовал Ральф, и третий инквизитор полез в свой мешок и извлек на свет антимагические браслеты, протянул главному. — Фостер, советую тебе быть благоразумным и надеть их. Если окажется, что, кроме случая в Гохе, ты не нарушал закон и не злоупотреблял магией, думаю, мы сумеем договориться.

Нэйтан рассмеялся глухим грубым смехом, от которого Финистер вздрогнул.

— Что-то мне это напоминает. А что потом? Запытаете до смерти, так как все равно не сможете взломать ментальные блоки?

— Если вам известны случаи превышения полномочий сотрудниками Инквизиции, вам следует подать жалобу, — снова затянул свое самый молодой.

— Курри! — на этот раз рявкнул на него Ральф. Снова обратился к Нэйту: — Намеки неуместны. Мы не нарушаем данное слово.

Их взгляды встретились. Ральф знал правду о смерти Карлоса, а Нэйтан знал, что он знал, несмотря на защитные амулеты на груди всех четверых.

— Хорошо, — покладисто согласился Нэйт, преследуя одну цель — потянуть время. — Его доставите домой в этом случае? — Фин возмущенно замычал, но он на него даже не взглянул. — Если беспокоитесь о том, что ему известно, кто убил леди Найлеро, то зря, он ничего не знает.

— А ты, стало быть, знаешь? — надменно уточнил Ральф."

"Нэйт незаметно сосредоточился. Создавать предметы — самое сложное. Гораздо проще переместиться через всю страну, чем сотворить ту же кофейную чашку.

— А я — догадываюсь, — заверил он.

Почему-то при мысли о ноже перед глазами предстал вычурный стилет Шингли. Что ж, пусть так, только добавить режущую кромку.

Боковым зрением заметил, как вздрогнул Финистер, в ладони которого внезапно оказался кинжал.

Снова сосредоточил внимание на себе:

— Но мне тоже выгоднее промолчать.