Перворожденный

Нэйт периодически поглядывал на подозрительно разговорчивого спутника, но делал вид, что ничего не замечает.

— Ты прекрасный наездник, — высказался Финистер в один из приступов красноречия.

Нэйтан хмыкнул.

— Ты будто удивлен?

— Вообще-то, да. Человек с такими способностями, как у тебя, может перемещаться столько, сколько ему захочется. Вряд ли тебе часто приходится использовать лошадей.

Тут он был прав.

— Нечасто, — подтвердил Нэйт. — Но, когда нужно попасть в новое место, приходится. — Он потянулся и потрепал коня по холке. — И я люблю лошадей.

— Ага, — хохотнул Фин, — мне даже кажется, ты любишь их больше, чем людей.

Что правда, то правда.

— Часто они больше этого заслуживают.

— Хм. — Финистер не нашел, что на это ответить и замолчал.

Солнце клонилось к закату, до Элеи оставалось не более часа пути.

Нэйтан любовался окружающей природой и пустынной дорогой и совсем не горел желанием вновь окунаться в шумный городской мир.

Должно быть, что-то такое мелькнуло в выражении его лица, потому что Фин спросил:

— Ты уже пожалел, что связался со мной?

Нэйт посмотрел на него, приподняв брови. Φинистер больше не веселился и на полном серьезе ждал от него ответа. И этот ответ был для него важен.

— Когда пожалею, скажу, — пообещал Нэйт.

Кажется, Фин вздохнул с облегчением.

— Ловлю на слове.

Нэйтан только пожал плечами.

Пока на самом деле не о чем было сожалеть. Да, в Гохе произошел неприятный инцидент, который, вероятно, еще не раз аукнется в и без того сложных отношениях с Инквизицией. Но если бы Финистера казнили по фальшивому обвинению, это заслуживало бы куда больших сожалений.

— Ты сам-то не жалеешь, что бросился на поиски этого Шингли сломя голову? — поинтересовался в свою очередь.

Фин вздернул подбородок.

— На кону жизнь моего друга.

Достойно. Если Тод на самом деле не виноват, разумеется.

В любом случае с другом Тодеусу Колшеру повезло.

— А почему больше никто не поддержал тебя? — продолжил Нэйт. — Другие друзья, родственники? Ты же говорил, у Тода есть брат."

"— Галилус, да, — подтвердил Фин. — Младший брат. Ему всего шестнадцать, и родители не выпустят его за порог без охраны.

— Не поверю, что шестнадцатилетний парень отказался бы от возможности улизнуть из-под опеки и отправиться в опасное путешествие во имя спасения брата, да еще и инкогнито.

— Именно, — отозвался Финистер. — Побежал бы впереди меня. Поэтому я никому ничего не сказал. Если Тод…

Он не договорил. Если Тодеуса не удастся спасти, у Колшеров останется хотя бы один сын.

— Я понял, — сказал Нэйт, чтобы не заставлять спутника озвучивать худший вариант развития событий.