Первое, что я вижу

К счастью, отличное объяснение быстро пришло мне на ум. То, которое не совсем было ложью.

— Эмм… Я впервые за три месяца увижу папу, а на мне нет нижнего белья, и я боюсь, что выгляжу так, словно только что пережила три часа сногсшибательного секса.

— Ты похожа на ангела. Но всякий раз, как я смотрю на твою юбку, вспоминаю, что на тебе нет трусиков. Или воображаю эту самую юбку собранной у тебя на талии. Думаю, в этой ситуации стоит нервничать лишь мне, ведь это у твоего отца есть оружие.

******— Мой дом не такой роскошный, как тот, в котором рос ты, — произнесла я, смотря в окно на проплывающий мимо городок. Было странно возвращаться домой, даже учитывая, что меня не было всего четыре месяца. Все здания казались маленькими и захудалыми, хотя, живя здесь, я этого не замечала. Нью-Йорк настолько переполнен жизнью и роскошью, что теперь пустые улицы с небольшими зданиями кажутся мне странными.

Домики выглядели небольшими, но причудливыми. Пора летних цветов давно прошла, и деревья уже сбросили листву. Подъездные дорожки, на которых мостились старенькие автомобили, были вымощены камнем. Некоторыми авто, казалось, уже давно никто не пользовался, настолько заброшенными они выглядели. Интересно, Кеннеди заметил всё это?

— Меня это не волнует. Даже если ты выросла в картонной коробке, Хоуп. Кроме того, детство в достатке все переоценивают. Мой отец всегда был на работе, а мама пропадала на благотворительных мероприятиях. Размер дома не имеет значения, когда в нем постоянно пусто.

Я предупредила Кеннеди о том, что папа устроит ему настоящий допрос. Служба научила отца настороженно относиться к людям, поэтому ему требуется больше времени, чтобы начать кому-то доверять. И теперь, когда его единственная дочь привела домой парня, думаю, он будет еще более настороженным. С Кеннеди он будет вежлив, но не одарит его той теплотой, которую припас для меня.

Я рассказала Кеннеди о Кэндис и ее дочерях, но умолчала о ее ненависти ко мне и предупредила, что любая напряженность между нами, вероятно, связана с тем, что она являлась моей мачехой или что я была очень близка со своим отцом. Я пока что не готова рассказать историю о том, как она годами мучила меня, да и никогда, наверное, не буду готова.

Мы подъехали к дому. Он выглядел по-старому, но у меня возникло такое чувство, что всё вокруг изменилось. Я тут больше не живу. Это первый раз, когда я буду гостьей в собственном доме. Я медленно вдохнула и выдохнула. Папа вышел через парадную дверь и остановился на просторном широком крыльце.

— Ты так и будешь продолжать сидеть и пялиться на дом? Или всё же позволишь мне обнять свою девочку? — произнес он, а потом, улыбнувшись, сделал глоток пива и направился в сторону машины.