Первая кровь

Зная правду о том, что их действительно две, он видел разницу в выражении ее лица, в диком непокорном взгляде синих глаз, смотрящих на него с привычной дерзостью. Она протянула ему бокал, как только он приблизился вплотную, и Тео с сомнением уставился на него, не доверяя ей. Девушка усмехнулась, когда он не сделал попыток взять у нее напиток, и медленно поднесла его к собственным губам, делая крошечный глоток. На ее нижней губке зависла капелька скотча и Тео не смог устоять перед искушением, когда она слизнула ее кончиком языка, увлажняя мягкую плоть, в которую он хотел вгрызться или растянуть вокруг своего, почти болезненного, стояка."

"Наклонившись, мужчина прижался губами к ее рту, желая поприветствовать ее должным образом, но Эвелин запаниковала и резко оттолкнула его, выплескивая содержимое накренившегося бокала на пол.

– Держи себя в руках! – возмущенно сказала она, отступая на шаг и оглядываясь кругом.

Конечно же, малышка не хотела, чтобы их заметили. Ему было все равно, но она, очевидно, не расслабится, пока они не скроются с чужих глаз.

– Иди за мной, – охрипшим голосом приказал он, направляясь к ряду кабинок за ее спиной.

Их специально возвели в помещении для уединения этим вечером и он предусмотрительно взял у Джея ключ к одной из самых дальних. Тео не сомневался, что Эвелин пойдет за ним. Он отпер дверь и вошел, не оглядываясь, и, когда через несколько секунд она зашла следом, закрыл и запер ее за ней.

– Что тебе нужно? – холодно спросила девушка, поворачиваясь к нему.

Он знал, что было нужно ей, но не собирался легко сдаваться. Она заслуживала наказания за свою провокацию с платьем. Поэтому, Тео лишь небрежно усмехнулся, притворяясь, что ему не хочется унести ее к себе домой и запереть там навечно.

– Ответы, – всего лишь сказал он.

Эвелин бесило, что он не был достаточно очарован ею. Ее женская гордость была уязвлена тем, что он никогда не покупался на ее чары. Конечно, она не знала всю правду, но Тео нравилось выводить ее из себя деланным безразличием. На ее личике мелькнуло вполне ожидаемое разочарование, прежде чем она взяла себя в руки, продолжая играть в ледяную деву.

– Держу пари, ты очень сожалеешь, что открыла мне семейную тайну, – делая несколько шагов вперед, прошептал он ей на ухо.

Тео навис над ее хрупкой фигуркой, почти касаясь ее тела своим, но она не отступила, принимая вызов.

– Я о многом жалею, – легкомысленно хмыкнула Эвелин. – Какие именно ответы тебе нужны?

– О твоей сестре.

Она вздохнула и отвела взгляд в сторону.

– Я говорила правду о ней. Кроме той части, где ты убил ее. Это всегда была я, Тео. И в первый, и во второй раз. И я не умерла только потому, что у меня транспозиция органов. Это значит, что…

– Твои органы расположены зеркально от обычного, – закончил он.