Первая кровь

Ты не должен был узнать об этом, так как его гордость будет уничтожена из-за этой слабости, но мне невыносимо думать, что моя семья будет считать его монстром, а меня – жертвой, которой запудрили мозги."

"Зная, что ты можешь проверить, меня лишили девственности медицинским способом. Это сделала женщина-гинеколог. И те следы, которые были на моем теле, когда он вернул меня, были сделаны при помощи резиновой присоски. У меня нет психологической травмы или стокгольмского синдрома. Виктор обращался со мной, как с ребенком, а не как с пленницей, что я, если честно, находила оскорбительным, потому что мои чувства к нему изменились очень быстро. Это получилось само собой, но я влюбилась в него и все эти месяцы страдала, потому что считала, что он никогда не посмотрит на меня, как на женщину. Даже когда Эвелин вышла замуж за Тео, я искренне думала, что Виктор страдает из-за этого, потому что любит ее. Но он никогда ее не любил! И теперь, когда я достигла совершеннолетия, он сказал мне правду.

Я знаю, как сильно ты ненавидишь его, Энзо, но я больше не могу бороться с самой собой. Мы с Виктором собираемся пожениться. Пожалуйста, найди в себе силы простить меня, потому что я не делаю выбор между ним и тобой. Этого никогда не будет! Я просто хочу выйти замуж за мужчину, которого люблю и который любит меня. Прости.

Твоя Виви»

– Что это за хрень? – прорычал Тео, наглядно тряся письмом в руке. – Ты же не веришь в это дерьмо?

– Конечно, нет, – ответил Викензо, в отчаянии запуская руки в волосы. – Нам нужно вытащить ее максимально быстро, Тео. Я уверен, что ее заставили написать это гребаное письмо!

– Тогда чего мы ждем?

– Терехов улетел на своем самолете сегодня вечером! – взревел брат. – Он забрал ее из чертового города!

Это все меняло.

Дьявол! Даже если они узнают, куда именно улетел Терехов, отбить Вивиану на незнакомой территории будет нелегко и уж точно не быстро. Неизвестно, что он с ней сделает к этому времени.

Тео чувствовал, как в нем клубятся эмоции. И главенствующим среди них был страх потери, который он ненавидел. Бросив последний взгляд на беснующегося брата, он выскочил из его кабинета, а потом и из дома, заводя машину и мча в сторону дома Виктора в Бруклине. Он просто не мог ничего не делать, даже если пользы в этом не будет никакой.

* * *– Может, ты уже зайдешь? – раздался в трубке насмешливый голос Виктора, заставляя его дрожать от ярости.

Тео сидел в машине у его дома уже час. Он совсем не удивился тому, что ублюдок на самом деле никуда не уезжал. Написав сообщение Викензо, мужчина вышел из машины и направился к воротам, спокойно позволяя охране себя обыскать, прежде чем его пустили внутрь.

Виктор ждал его в гостиной, один. Очень неосмотрительно с его стороны.

– Не боишься умереть? – спросил Тео.