Первая кровь

– Спасибо, но я в себе не сомневался, – ухмыльнулся Тео, застегивая рубашку.

– Ты подбирал мне одежду? – удивилась она.

Тео ненадолго завис, наблюдая, как она надевает крохотные трусики и бюстгальтер. Его ноздри раздулись, а в глазах мелькнул знакомый хищный огонек, но Эвелин не стала провоцировать мужчину, так как ее тело все еще болело и тянуло после прошлой ночи, а завести Тео Гвидиче было обычно делом двух секунд.

Когда она снова надела его халат поверх белья, он, наконец, соизволил вернуться к их разговору.

– У меня нет карманных имиджмейкеров, детка. Я сам выбираю, что носить, и в советах не нуждаюсь. Рад, что тебе понравилось то, что я для тебя выбрал. Моя жена всегда должна выглядеть под стать мне.

– Тщеславный ублюдок, – беззлобно поддела она его, медленно осматривая с ног до головы.

Этот Тео Гвидиче был ей знаком. У ее мужа было много лиц, но до знакомства с ним, Эвелин видела только эту сторону богатого, избалованного вниманием, засранца-миллиардера и она всегда ей нравилась."

"– У нас нет времени на макияж и укладку, поэтому просто оденься и пошли, Эвелин, – снова посмотрев на часы и теряя свою игривость, сказал Тео.

«Как будто ты додумался бы купить мне косметику для макияжа» – закатила про себя глаза девушка, принимаясь сушить и расчесывать длинные волосы.

Через десять минут они уже выходили из квартиры, держась за руки, как влюбленные молодожены, каким их должен был видеть весь мир. В лифте Тео сделал очередное фото, запостив его в твиттере без надписи и тут же получая реакцию своих фолловеров.

– Я хочу телефон, вся моя общественная жизнь остановилась за эти дни, – тут же надула губки Эвелин, смотря снизу вверх на своего мужа.

Тео щелкнул ее по носу, но ничего не ответил. Когда они сели в машину, он вытащил из кармана такой же телефон, как у него, только другого цвета, и подал ей.

– Мы уже подключились к твоей учетной записи и проверили ее. Никаких ограничений, Эвелин.

Она не могла поверить тому, что слышит. Хотя отец и Виктор позволяли ей активную светскую жизнь, но у нее был целый ряд ограничений в том, что можно и нельзя показывать людям.

– Я могу сняться голой? – проверяя границы, спросила она.

– Можешь, – невозмутимо ответил Тео. – Но отвечать за это тебе придется своей сладкой попкой и гарантирую, что сидеть ты потом не сможешь неделю.

– Отшлепаешь меня? – облизнув губы и еще больше провоцируя его, спросила она, откидываясь на спинку сиденья и скрещивая ноги, чтобы подол платья задрался повыше.

– Отшлепаю, – согласился он, скользя глазами по ее бедрам. – А потом жестко трахну твою горящую и красную задницу, чтобы вдолбить в эту ищущую приключений, головку, что испытывать терпение своего мужа нехорошо и всегда заканчивается неприятными последствиями.