Волчья хватка. Книга первая

Одна беда — хозяйки нет.

— Не успел завести, — признался Ражный. — Год как на Свадебном Пиру пировал…

— А пора бы! Эх, знаешь, как лепо, когда рядом жена молодая! Все боярин мой, боярин мой — зовёт и в глаза глядит… Обручён хоть, нет? — Есть у меня суженая…

— И что же ты холостякуешь, воин?

— Условие там стоит — не перешагнуть…

— Ну уж!

— Перед попечителем суженой на колени встать надобно и руки просить.

— А встать не можешь?

— Не хочу. И никто не поставит.

— Ладно ты сказал, добро, — похвалил инок. — Не пристало засаднику на коленях стоять… Взял бы мирскую девицу. Ужель не найти? В наше время брали, молодили кровь…

Ражный в тот же миг вспомнил воскрешённую Милю, печально улыбнулся и ушёл от прямого ответа.

— И с мирскими не просто, инок… Да и как Ослаб посмотрит на такой брак?

— Перед Ослабом можно и слово замолвить, — сказал Радим так, словно предлагал свои услуги. — Коль за этим стало — поправимое дело.

Смутная, почти нереальная надежда затрепетала крыльями в сердце: а почему бы нет? Почему не послать этого инока с челобитной к старцу? Ведь от него пришёл, от него красную рубаху принёс, значит, имеет доступ и попросить может о милости…

А тот заметил этот тайный трепет, взбодрил ещё больше.

— Показал бы мирскую девственницу? Что прятать-то… Порадует глаз и душу — сам пойду к Ослабу, без твоего ведома.

Стареющим араксам, как и всяким старикам, нравилось устраивать жизнь молодых, обручать с невестами, сватать, а то и самим привозить девиц на выданье из старообрядческих родов. И Ражный тотчас ни на минуту не усомнился в искренности нового насельника.

— Показал бы, — признался он. — Да нет её здесь. Может, больше и не придёт…

— Где же она?

— В лесу живёт, от людей ушла.

— Добро, поищу, — согласился инок. — Пойду завтра в лес. Урочище твоё погляжу, заодно и девицу посмотрю. Я ведь в вашей вотчине когда-то Свадебный Пир пировал…

И словно гусляр, до глубокой ночи завёл сказ-воспоминание о своей молодости.

Наутро же он взял корзинку, палку и отправился в лес.

До поединка оставались считанные дни, и ему бы с правила не спускаться, как советовал калик, но Раж-ный целый день слышал в сердце это короткое, лёгкое трепетание крыльев — так бьёт ими оперившийся птенец, когда просит корма у матери. Он таил надежду, что новый насельник вернётся из лесу с Милей, приведёт и вручит. И скажет что-нибудь подобное:

— Вот тебе, боярин, боярыня! А я пошёл к старцу духовному за благим словом. Он мне не откажет.

Дело в том, что некоторые араксы, не дожидаясь совершеннолетия, заводили в миру семьи, рожали по несколько детей и таким образом лишали себя возможности соединиться с обручённой невестой и продлить воинский род.