Первая мишень

– А я сейчас, по-твоему, плюшки трескаю? – возмутился Крячко, не поднимая головы. – Подожди пять минут, потом обсудим то, что хочешь мне предложить!

Гуров пожал плечами и, удобно откинувшись на спинку кресла, стал ждать, пока кто-нибудь ответит на его звонок. Трубку на том конце провода подняли после пятого гудка. Гуров попросил позвать к телефону капитана Леонченко. И, как только услышал в трубке его голос, пригласил компьютерщика к себе. Капитан пообещал появиться через пару минут.

– Ну, так что у тебя? – поинтересовался Гуров у Станислава, как только закончил свой короткий разговор.

– Не «что», а «кто». Русские националисты! – заявил Крячко, поднимаясь со стула и бросая на стол Гурова исписанные какими-то схемами листы бумаги. – Если ты думаешь, что один работаешь в главке, то глубоко ошибаешься. Я тут тоже не только штаны протираю.

Сыщик удивленно посмотрел на Станислава и углубился в изучение предложенных ему бумаг. По большей части это были компьютерные распечатки, содержащие в себе схемы иерархического построения нескольких самых крупных в России организаций нацистского толка. Кое-где они пестрели комментариями, написанными Станиславом от руки. И в каждой из них особо были выделены подразделения, специализировавшиеся на компьютерно-информационной войне.

– Эти данные я взял у одного хорошего человека из ФСБ, – кивнув на листки, прокомментировал Крячко. Гуров снисходительно улыбнулся, всем своим видом показывая, что такие мелочи объяснять не нужно. Однако Станислав понял его ухмылку по-другому.

– Ну конечно, господин полковник, – язвительно проговорил он. – Как я мог забыть о вашей гениальности?! Вы же наверняка и сами такую версию обдумали и наметили целый план следственных действий в этом направлении. А я, сирый и убогий, зачем-то с предложениями и теориями к вам пристаю.

– Ты что завелся, как трактор в страду? – Гуров удивленно посмотрел на друга. – Чем орать на меня и ядом исходить, лучше объясни, почему ты решил, что националисты могут быть причастны к ограблению счета Алиева?

Крячко опешил. Несколько секунд он неподвижно смотрел на сыщика, а затем растерянно покачал головой и, потерев лоб тыльной стороной ладони, уселся прямо на краешек стола. Вытащив из баночки шариковую ручку, Станислав постучал ею по одной из надписей на распечатках, сделанных от руки.

– Версия о причастности националистов к ограблению Алиева возникла у меня почти сразу, как только я узнал, что он чеченец. К тому же влиятельный чеченец, если судить по количеству имеющейся у него на счету наличности, – проговорил Крячко, стараясь скрыть в голосе нотки раскаяния из-за своего резкого тона в начале разговора с Гуровым.