Перстень Парацельса

— К-К-Карина?

Для их встречи Марат подобрал железнодорожный тоннель, слабо освещённый тусклым фонарём, — прекрасное и в меру страшное место.

— К-Карина? — Обречённый протянул к ней исцарапанную, даже исполосованную, окровавленную руку. — Помоги…

Ударить? Фу! Девушка брезгливо поморщилась. Бить этого слизняка? Увольте.

И она просто толкнула Круглолицего в грудь. Он споткнулся о рельсу и упал. Судя по воплю — болезненно.

— Ты испортил мне жизнь, — с тихой злобой произнесла Карина. — Ты почти заставил меня стать самоубийцей.

Личная встреча помогла — чувства вернулись, и девушку захлестнула волна ненависти.

— Ты мучил меня, но всё меняется. Настало твоё время жить в ужасе, слизняк!

Последние её слова утонули в паровозном гудке.

А тёмное пространство тоннеля осветил луч прожектора.

— Карина! — истошно завизжал лежащий на рельсах толстячок. — Спаси!

— Смотри на свою смерть, гадина! — Девушка подскочила к нему, присела, надавила коленом на хребет, не позволяя подняться, но дернула за волосы, заставляя смотреть на приближающийся локомотив. — Смотри!

— Нет!

— Он едет за тобой!

Паровоз издал ещё один гудок.

— Нет!!

— Тебя, ещё живого, потащит по шпалам, и ты будешь мечтать, мечтать о смерти!

— Нет!!!

Марат выдернул их за мгновение до удара. Вернул в сумрачный кабинет, причём рассчитал настолько точно, что Карина оказалась в углу, где её тут же взял за руку Бранделиус, а Круглолицый — в кресле.

— Кажется, он обгадился, — усмехнулся Антон.

— Слабак, — процедил Марат.

А Герман подошёл ко всхлипывающему насильнику, чуть наклонился, посмотрел в маленькие глазки и негромко произнёс:

— Лучше тебе было попасть под поезд…

И от многообещающего взгляда Рыжего внутри у Круглолицего стало холодно-холодно… Куда там Антарктиде…

— Какая грязь! — с чувством произнёс Бранделиус. Содержимое компьютера Круглолицего вызвало отвращение даже у него — у него! — видевшего гораздо больше, чем его «подопечные». — Дерьмо!

— Я хочу посмотреть! — Карина сделала шаг вперёд, но Антон Арнольдович отвернул монитор, а Герман удержал её за руку.

— Нет!

— Нет!

— Пожалуйста, не надо, — продолжил Бранделиус, увидев, что девушка остановилась.

— Согласен, — добавил Рыжий. — Не стоит.

Карина медленно оглядела мужчин, по выражению их лиц поняла, что они будут стоять до конца, и согласилась:

— Хорошо. — Отступила, показывая, что полностью подчинилась, и спросила: — Сколько там нас?

— Несколько, — ответил Бранделиус, закрывая папку. — Не важно.

— Сколько?

— Пять.

Ещё пять девушек, попавших под власть слизняка! Карина задохнулась от ярости. И горечи.

— Материалы только здесь? — уточнил Герман.

— Да, — кивнул Антон Арнольдович.