Перстень Ивана Грозного

Она постучала в дверь, услышала какой-то неразборчивый ответ и вошла.

В этом кабинете был не такой беспорядок, как у Варвары Семеновны — по крайней мере, книжные завалы здесь были значительно меньше. Возможно, просто потому, что «серьезная литература» издается не так успешно, как «популярные жанры».

Дуся была женщиной наблюдательной, схватывала все с полуслова, она быстро разобралась с ситуацией на книжном рынке.

За письменным столом сидела бледная особа лет тридцати пяти в старомодных очках, с бесцветными волосами, собранными в жидковатый хвост.

— Это отдел литературы категории «А»? — на всякий случай уточнила Дуся.

— Ну да! — Особа за столом вспыхнула. — Что, разве это сразу не заметно? Настоящая литература в загоне! Ее разместили в самом дальнем конце коридора, рядом… рядом с туалетом! Чтобы показать, где ее настоящее место! Все лучшие помещения расхватали фантасты и детективщики! Это мякина массовой культуры, это дешевое чтиво для неразборчивых потребителей…

— Но детская литература тоже…

— Не говорите мне о детской литературе! Разве то, что сейчас издают под видом детской литературы, может способствовать интеллектуальному развитию ребенка? Эти глянцевые обложки! Эти гламурные зайцы и кролики! Эта пошлость… вместо того, чтобы издавать нестареющую детскую классику…

— Извините, я вообще-то к вам по делу…

— Да? Простите, я всегда волнуюсь, когда речь заходит о месте серьезной литературы в современном книгоиздании. Так какие у вас ко мне вопросы?

— Ведь вы — Нина Сойкина?

— Да, совершенно верно.

— Мне сказали, что вы были хорошо знакомы с Татьяной Вороновой.

— С Таней? Конечно! Мы были с ней не просто знакомы, мы с ней дружили, очень близко дружили! До тех пор, пока… — Нина сжала руки, ее лицо исказило страдание.

— До каких пор? — напомнила о себе Дуся.

— До того, как она вышла за Александра Зимина?

— Ну да, до этого… после замужества Таня так изменилась! Не сразу, конечно, человек не может сразу так перемениться, но постепенно… Она была такая жизнерадостная, такая общительная, открытая, любила шумные компании, ходила на все наши издательские корпоративы, но больше всего времени она проводила со мной. Мы были с ней близки, как… как Мэриан и Лора!

— Кто? — переспросила Дуся, которая торопливо записывала слова собеседницы в свой блокнот. — Кто такие Марианна и Лора? Они тоже работают в вашем издательстве?

— Что? — Сойкина широко открыла глаза и уставилась на Дусю с таким изумлением, как будто у той выросли ветвистые рога или слоновый хобот.

— Ну, вы упомянули каких-то женщин, Марианну и Лору, так вот, я хотела уточнить…

— Не Марианна, а Мэриан! — возмущенно воскликнула Сойкина.