Перстень Иуды

Может, поэтому или по другой причине, но красивое лицо выглядело страшным. И взор был обращен на него, Марка. Что же сказал ему этот человек? Неужто он знает про Желтые Скалы? И про неприятное чувство от избиения безоружных иудитов? Кто он – мудрец или Бог, а может, Дьявол?.. И был ли он вообще, быть может, ему все просто привиделось? Ни на один вопрос у Марка не было ответа.

Не обращая внимания на истерические бормотания Руфи и тихий плач Сары, Марк вновь опустился на ложе и прикрыл глаза. Он чувствовал: что-то в нем изменилось, но не мог понять – что именно. Он лежал с сомкнутыми глазами, и мелкая дрожь била его мускулистое молодое тело, покрытое противным липким потом. Сколько времени он провел в таком состоянии, было не ясно. В конце концов он почувствовал, что Руфь тихо, как змея, вползает к нему в постель, и обрадовался этому. Обхватив маленькое худое тельце иудейки, он подмял ее под себя, обхватил руками и ногами… Постепенно пришло спокойствие. И улетучился страх, который, хоть в этом было стыдно признаться даже самому себе, овладел его сердцем.

Когда петух – единственная живность во дворе Руфи, прокричал первый раз, Марк уже спал, и спал так крепко, что, пожалуй, впервые за последние годы не слышал пронзительный крик предвестника зари.

* * *Солнце светило вовсю, когда Марка разбудил сильный стук в дверь и недовольное женское бормотание. Руфь стояла на пороге, за ней виднелся блестящий легионерский шлем с гребнем из конского волоса.

– Аквелифера Марка вызывает примипил Авл Луций! – громко объявил посыльный.

В другое бы время Марк насторожился и стал вспоминать возможные прегрешения, но сейчас он не сомневался, что командир желает его поблагодарить за отличное выполнение задания по ликвидации врагов империи. Он вообще чувствовал себя гораздо увереннее, чем обычно.

Он быстро облачился в доспехи, накинул сверху красный сагум[13], чтобы как положено предстать пред начальником столь высокого ранга, и, не положив ничего в рот, быстрой пружинистой походкой направился в лагерь. Строительство еще продолжалось, немногочисленные рабы и некоторые легионеры возили в тачках каменистую землю и насыпали высокий оборонительный вал. Марк мысленно возблагодарил богов за то, что оказался не задействованным в этих нескончаемых, изнурительных работах.

Во дворе крепости несколько легионеров весело играли в жестокую игру «Заколем свинью»: один везет проигравшего в кости или просто провинившегося сотоварища в тачке, а другие попадают в него деревянными тренировочными копьями. Сейчас в тачке, сжавшись дрожащим испуганным комочком, сидел Кфир. Он был весь в синяках, лицо разбито…

– Почему взяли без спросу моего раба?! – угрожающе рявкнул Марк.

Солдаты перестали веселиться.