Перст судьбы. Эсмиль

– Это повседневная одежда, – женщина пожала плечами, – ей незачем быть яркой, главное – практичной. Но если ищешь что-то нарядное, то посмотри с этого края.

Эсмиль подошла ближе. Хозяйка была права. Здесь среди темных бархатных платьев ярким пятном выделялись голубой муслин и розовый шелк. Девушка провела рукой по прохладной переливчатой ткани.

– Такие платья одевают по особым случаям, – заметила хозяйка палатки, подходя к ней. – Видишь: низкое декольте, плечи открыты, понизу и на рукавах отделка парчой. Такое не носят каждый день, ухаживать трудно. Да и холодно уже для открытых платьев.

– А плащ? – девушка огляделась в поисках верхней одежды.

Хмурые данганары молча устроились по обе стороны от входа и теперь буквально не спускали с нее глаз. Боятся, что она сбежит? Эсмиль на мгновение встретилась с Вирстином глазами и послала ему презрительную усмешку. Наука Дарвейна не спешила откладываться в голове чистокровной амаррки. Даже после всех побоев и унижений она не желала вести себя как местные женщины – скромно и незаметно – дерзость и непокорство скользили в каждом ее взгляде, в каждом жесте, в каждом слове, вырвавшемся из ее уст.

– Плащ спасает только когда выскочила на минуточку из кареты, чтобы тут же нырнуть в теплый дом. А тебе, судя по всему, нужна шуба. А ну-ка, иди сюда.

Хозяйка бесцеремонно ухватила ее за руку и дернула, заставив повернуться вокруг оси."

"– Так, посмотрим, что я могу тебе предложить. Хорошая фигурка, – она довольно щелкнула языком, – не мудрено, что твой хозяин приставил таких охранников. У нас хорошенькие рабыни нарасхват.

Эсмиль раздражённо передернула плечами.

– У тебя нет того, что мне нужно, – высокомерно заявила она. Напоминание о рабском статусе ножом резануло по сердцу.

– Ну-ну, – хозяйка поцокала языком, оценив спрятанную под тряпьем красоту. – Откуда ты знаешь, что тебе нужно? Женщинам свойственно ошибаться. Иногда ты думаешь, что твёрдо уверена в собственных потребностях, а когда получаешь желаемое, вдруг оказывается, что тебе было нужно совсем другое.

– Не знала, что торговля выявляет склонность к философии, – ядовито заметила Эсмиль. – Я уже могу идти?

– Конечно же нет, деточка! – расхохоталась женщина. Охранники окинули ее подозрительными взглядами. – Я ни за что не отпущу такую красотку без покупки. Так, что тут у нас…

Через несколько минут на прилавке уже высился разноцветный ворох тяжелых бархатных платьев, меховых безрукавок и манто, а так же вышитые сорочки, отороченные кружевом нижние юбки, вязаные чулки с завязками и митенки, такие длинные, что их полагалось пристегивать к плечевым швам платья. Ну какая женщина могла бы устоять против подобного искушения? Только не Эсмиль, привыкшая к роскоши и достатку.