Перст судьбы. Эсмиль

Видимо, лучники отступили, прихватив с собой пленников, а лошади, скорей всего, покинули ущелье сразу, как только почувствовали приближение обвала.

Резко выдохнув, Дарвейн побежал вдоль скалы, в надежде найти щель поглубже. Нужно было переждать камнепад.

Уже сидя в убежище, прислушиваясь к содроганиям земли, он попытался осознать, что же произошло.

Неужели Эсмиль пыталась убить его, а потом убила и Бергмэ? Но зачем это ей? Неужели он в ней ошибся, и она заодно с врагами?

Нет, об этом думать он не хотел. Упорно гнал тяжелые мысли, которые лезли в голову. Его Эсмиль. Его хрупкая, странная девочка, такая страстная, чувственная и непонятная. Она была с ним какой угодно: испуганной девственницей, злобной мегерой, яростной воительницей, желанной обольстительницей – но не предательницей, нет. Он был уверен – это противно ее природе. Она не может ударить исподтишка. Только не она. Он не желал в это верить.

Но подлый червячок сомнения все же точил его сердце, будто спелый плод.

Он должен ее найти. Найти и посмотреть ей в глаза. Тогда он узнает правду…

Он точно помнил, что на отряд напали. Помнил стрелу с запиской, помнил, как отправил своих людей по-тихому снять стрелков, как сам начал взбираться на скалу, рассчитывая застать врасплох того, кто отправил записку. Дальнейшие воспоминания путались, точно карты, перетасованные умелой рукой."

"А еще он помнил боль от кинжала, вошедшего в спину. Но сейчас ничто не напоминало о том, что его ранили.

Не иначе, как вмешательство высших сил!

Немного подумав, Дарвейн стянул камзол, встряхнул и внимательно осмотрел. Что ж, глаза его не обманывали: на темно-зеленом бархате светился разрез, окруженный бурым пятном засохшей крови, как раз в том месте, где был удар.

Мужчина закинул руку за плечо, пытаясь нащупать на спине следы ранения, но пальцы ощущали только гладкие упругие мышцы, перекатывавшиеся при каждом движении. Боли не было, раны не было, даже шрам не остался.

– Эрг! – выдохнул он с благоговением и огляделся.

« Можешь сказать спасибо и мне», – раздался в его голове тихий женский голос.

Дарвейн моргнул, не веря своим глазам. Перед ним, в полумраке пещеры, возник светящийся силуэт.

– Какого хройта?! – данганар вскочил, его рука, будто невзначай, легла на эфес меча.

Либо он сошел с ума, либо глаза обманывают его. То, что он видел, не поддавалось рассудку. «Можешь звать меня Арнеш Пресветлая. И не бойся, я не причиню тебе зла», – она с улыбкой кивнула на меч.

– Что происходит?

Боги просто так не приходят к смертным, их удел – говорить устами жрецов, слушать молитвы страждущих и принимать подношения в храмах.

«Хочешь знать, почему ты не мертв? – она дождалась его кивка и хмурого взгляда. – Ты нужен своим родным, Дарвейн, нужен Эсмиль.