Перст судьбы. Эсмиль

Не отдавая себе отчета в собственных действиях, она вдруг свернула в сторону и приблизилась вплотную к портрету, на котором был изображен черноволосый мужчина с суровым и благородным лицом. На вид ему было лет тридцать пять. Он сидел в кресле, положив ногу на ногу, его правая рука опиралась на эфес меча, а на запястье левой восседал ястреб-перепелятник в черном колпачке. Рядом с креслом разлеглись две собаки странной породы – крупные, поджарые, с белой, в черных подпалинах шкурой. Взгляд у мужчины был властный, пронизывающий, будто живой. Но не он привлек девушку.

Человек на портрете был точной копией Дарвейна Эрг-Нерай, только лет на десять постарше.

– Кто это? – нахмурившись, Эсмиль повернулась к ненье.

– Последний наш лэр – Дуган Эонар, – пояснила та, пожимая плечами.

– Дед Дарвейна? – уточнила девушка, теперь уже внимательнее разглядывая знакомые и в то же время такие чужие черты. – Давно он умер?

– Лет двадцать назад.

– Сколько же ему было лет?

– В этом году ему бы ему исполнилось шестьдесят пять.

Эсмиль быстро сделала в уме несложные подсчеты. Получается, дед Дарвейна умер в сорок пять? Слишком короткая жизнь для такого крепкого мужчины, которым он казался на портрете.

– Что же с ним произошло? – поинтересовалась она.

– Несчастный случай. Видите птицу у него на руке? Это ястреб, – Ильза подошла ближе, провела пальцем по раме, будто поглаживая ее. Голос женщины еле заметно сел. – Их разводили в клане Эрг-Нерай испокон веков. А наш лэр очень любил соколиную охоту и часто наведывался туда, чтобы прикупить новых птиц. Даже породнился с тамошним лэром, отдав за него единственную дочь Лериссу и назначив того законным наследником Эонара. Но однажды лэр Дуган вошел в ястребятник, и птицы словно взбесились! Никто не знает, что именно там произошло, свидетелей нет… Но когда нашего лэра нашли, он уже мало напоминал человека. Хищные птицы выклевали ему глаза и дочиста обглодали череп, а его тело представляло собой сплошной кусок мяса…

– Какая страшная смерть… – пробормотала Эсмиль, в смятении делая шаг назад. Даже у нее на родине еще ни один палач не додумался бы до подобного зверства.

– Да, гибель нашего лэра стала потрясением для всего клана. Но к тому времени льера Лерисса уже родила супругу двух сыновей. Мы надеялись, что один из них станет править и в Эонаре…

– Ты сейчас говоришь о Дарвейне?

Лицо женщины неожиданно посуровело. Поджав губы, она произнесла уже совсем другим тоном:

– Идемте в сад, квинна. Все это случилось очень давно, не следует ворошить прошлое.

Эсмиль безропотно подчинилась, но почему-то в душе остался неприятный осадок. Что-то во всей этой истории не давало покоя.