Персональный ангел

Но он знал, что уже не забудет то, что увидел – мальчика и девочку, и собаку…

У Катерины зазвонил мобильный, и она, извинившись по-французски, отошла с ним в угол.

– Милейшая мадемуазель ваш пресс-секретарь, – сказал ему любезный швейцарец. – Такие редко встречаются.

И Тимофей почувствовал гордость.

– Катя, – произнес в трубке чей-то озабоченный голос. – Кать, ты слышишь?

– Слышу, – ответила Катерина, – Слава, ты? Что случилось?

– У нас неприятности, Кать, – сказал Слава, и по его интонации Катерина поняла, что стряслась беда. Мило улыбаясь, она вышла из зала на залитую солнцем лестницу. У нее вдруг взмокли ладони.

– Что такое, Слава? Говори, не тяни!

– Мне позвонил сейчас парень из “Коммерсанта”. Они ставят статью о Тимофее. Ему попался на глаза сверстанный номер… – Слава как будто собирался с духом и никак не мог закончить.

– Да, да и что? – Сердце уже набирало обороты. – Да ну тебя к Аллаху, Славка!

– Плохо дело, Кать. Она называется как-то так: “Жертва сексуального насилия”, а подзаголовок “Тимофей Кольцов, подвергавшийся в детстве сексуальному насилию, организовал экспорт детей за границу”.

Нащупав рукой, Катерина села на подоконник. Ноги ее не держали.

– Катя! – Голос у Славы был такой, как будто он сообщил ей, что ее приговорили к смертной казни. Хотя, наверное, так оно и было. – Кать, мы не знаем, что делать. Откуда это выплыло? Что это за бред, а?

– Это не бред, – мертвым голосом ответила она, и Слава испугался еще больше. – Это не бред, Слава. Об этом никто не знал, кроме меня. Меня и Генерального прокурора.

– Ты что, Кать? – спросил Слава. – Какого прокурора?

– Снимайте материал. Что хотите делайте, платите любые деньги. Слышишь, Слава? Любые. Сейчас я позвоню главному редактору “Коммерсанта”. Ставьте запасной вариант с покушением.

У Приходченко на этот случай все есть, даже фотографии. Скажи ему, пусть звонит Хотенко, чтобы завтра информация во “Времени” прошла, как будто покушение было вчера.

Она знала – Тимофей не простит.

Никогда.

Никто, кроме нее, не знал о его детстве. Никто не знал о калининградской фирме “Гранд Эд”. Информация могла просочиться только через нее.

– Катька, тебе плохо? – испуганно спросил Слава.

– Приходченко знает?

– Да, конечно. Он попросил тебе позвонить.

– Слава, нужно быстро узнать, куда еще отдали информацию. Кроме “Коммерсанта”. Позвони Терентьеву, у него везде свои. Мы готовы заплатить любые деньги за замену материала. О господи, господи… Слава, и завтра информация о покушении на него должна не просто прозвучать, она должна грянуть как лавина, иначе мы пропали. Слышишь, Славка?

– Да, – откликнулся он. – Да, я звоню. Ты держись, Катя!

Едва он закончил говорить, как позвонил Приходченко.

– Кать, у нас беда.