Перси Джексон и Лабиринт смерти

Этот отряд составляли кошмарные трупы в военных мундирах самых разных времен, тут были и римские центурионы, и солдаты армии конфедератов периода Гражданской войны в США, и наполеоновская кавалерия, скакавшая на остовах давно сгнивших лошадей. Все как один эти воины обнажили оружие и атаковали дракониц. Я увидел, как Нико бессильно опустился на колени, но убедиться, что с ним все в порядке, у меня уже не было времени.

Я бросился на адскую гончую, которая, напав на сатиров, теснила их теперь в направлении леса. Чудовище попыталось схватить зубами одного из них, тот быстро отпрянул, тогда оно бросилось на другого. Этот сатир оказался не так проворен, щит из древесной коры треснул как скорлупа, когда он упал на землю.

— Эй ты! — заревел я.

Адская гончая обернулась, оскалилась и прыгнула вперед. Попадись я ей в когти, она разорвала бы меня на куски в одно мгновение, но я увернулся, упал на спину, перекатился и схватил пальцами один из заготовленных глиняных горшков с греческим огнем. Бросок, и горшок угодил прямо в пасть чудовища! Оно в ту же минуту упало на землю, охваченное языками пламени. Я откатился в сторону, задыхаясь.

Сатир, ставший жертвой адской гончей за минуту до моего появления, лежал не двигаясь. Я бросился к нему, но в ту же минуту услышал предупреждающий крик Гроувера:

Занимался лесной пожар. Огонь, треща, охватил куст можжевельника, и Можжевелка с Гроувером кинулись тушить его. Гроувер поднес к губам свирель и заиграл песню дождя, Можжевелка отчаянно пыталась сбить пламя своей зеленой шалью, но ничего не помогало.

Я побежал к ним, огибая сражающихся, проползая между ногами гигантов. Ближайшим источником воды был лесной ручеек, протекавший примерно в половине мили отсюда, но я задумал другое. Я сконцентрировался на этой мысли, и в животе у меня что-то задергалось, в ушах послышался шум, и тотчас стена воды обрушилась на горящие деревья. В одно мгновение она залила языки пламени, Можжевелку, Гроувера, свирель и всех, кто находился поблизости.

Гроувер пустил изо рта фонтанчик воды и довольным тоном пробулькал:

— Спасибо тебе, Перси.

— Не стоит благодарности! — И я бросился обратно в драку.

Гроувер и Можжевелка последовали за мной. У него в руках оказалась дубина, а у Можжевелки — палка, похожая на старомодный хлыст. Дриада выглядела ужасно рассерженной, и было ясно, что она не замедлит пустить его в дело.

Когда исход битвы, казалось, был виден — и у нас появился шанс на победу, — из лабиринта вдруг донесся омерзительный крик. Однажды я уже слышал его.

Из-под земли выпрыгнула и взвилась в небо Кампе, распахнув во всю мощь свои крылья летучей мыши. Она приземлилась на вершине утеса, который мы звали Кулак Зевса, и оглядела место схватки.