«Персефона». Дорога в ад

Он остановился и вытер со лба пот.

— Привод? — не понял Эберхард.

— Ну да. Магнитный привод, который можно кинуть на батарею катера.

— Да ну тебя? — заинтересовался Лес и вылез из ложемента.

Вот за такие штучки он и привязался к Келли, зампотеху с «Персефоны».

Однажды, когда у команды выдалась передышка, Келли, чтобы наградить Леса за старательную уборку, взял самую обычную ложку и выточил из неё ножик. Острый, маленький, как раз под мальчишескую ладонь.

Лес сам обмотал ручку своего сокровища ремонтным скотчем. И потом почти всегда носил его при себе. Но не уберёг. Как-то в приюте он плохо заныкал ножик на время медосмотра, и его спёрли. Было так жалко, что Лес прибил бы вора, если б поймал.

Келли — много чего умел. Мог собрать бомбу из ненужных кусков металла и пластика. Или прикормить голубей, пока эмка висит над центральной площадью Аннхелла, а потом на них жучков налепить.

— И что нам это даст? — Лес забрался в хвост катера и стал помогать Рао вытягивать длинную кишку с жидким биметаллическим проводом. — У нас же всё равно стрелять нечем?

— Как это — нечем? — удивился Рао. — А плазмомёт в багажнике? Правда, все ваши консервы пришлось выкинуть.

Эберхард икнул от удивления, и тут же ощутил, что ему дико хочется есть. Просто живот приклеивается к позвоночнику.

— А к… кушать мы что будем? — растерянно спросил он. — Там же хорошие консервы были. Брокколи с индокурицей. И манговое варенье.

Рао зафыркал от сдерживаемого смеха, выпустил привод, распрямился, вынул из кармана батончик спецпайка и бросил Эберхарду.

— Угощайся, — сказал он. — Я целую коробку взял. Места почти не занимает, хватает на четыре часа. А вода есть в системе жизнеобеспечения катера.

Эберхард потерянно уставился на батончик в блестящей обёртке.

— Это тебе и завтрак, и обед, и ужин! — рассмеялся Лес. — Но с голоду не помрёшь, проверено.

— А… десерт? — спросил Эберхард.

— А, ну да, — спохватился Рао. — Ещё сублимированный энергетический коктейль есть. — Он пошарил в карманах и вытащил горсть маленьких, как леденцы, шариков. — Держи! — Грантс кинул один из шариков Эберхарду на колени. — Это тебе на десерт. Как раз на стакан воды.

Они с Лесом обидно заржали и стали тянуть кишку.

Её хватило как раз до пульта. И Рао, вскрыв гелиопластиковую поверхность, полез куда-то внутрь катера. Раздались звуки лопающихся пузырьков."

"— А катер потом полетит? — испугался Эберхард.

Батончик он есть не стал, опасаясь подвоха от незнакомой пищи. А тут ещё и булькающее нутро пульта…

Страх вдруг навалился на наследника дома Аметиста шубой, грозя вызвать панику. Дыхание перехватило, руки задрожали.

Лес заметил.

Он сгрёб приятеля в охапку:

— Не трусь. Рао — знает, что делает. Да и я такое видал уже.