«Персефона». Дорога в ад

Грантс бросил добычу в траву, и она свернулась в клубок! Достал нож и тут в воздухе что-то свистнуло, и сверху полилась пена!

Парни бросились в кусты и залегли там, наблюдая, как к костру спикировал круглый шар-модуль, облетел место возгорания, проверяя, всё ли потухло, и так же стремительно унёсся в небо.

— Пожарный дрон! — прошептал Лес.

— Мы его не заинтересовали, — выдохнул Рао, значит, здесь нас пока не ищут.

— Но могут проверить записи в конце смены и случайно найти, — сказал Лес. — Когда у него конец смены?

— Да кто ж его знает? Но не раньше, чем кончится день. — Рао с прищуром посмотрел на высокое Солнце. — Нам осталась до темноты примерно половина хода этого светила. Сейчас посчитаю на стандартные единицы, но боюсь, что наши часы стали тикать быстрее.

— Что делать? — пискнул Эберхард.

— Осталось примерно восемь часов, — первым сосчитал Лес.

— Бросаем рыбу, — решил Рао. — Идём по координатам на всей возможной скорости не через лес, а через условный «город».

— Так длиннее, — заспорил Лес.

— Медведя в заложники не возьмёшь, — пожал плечами Рао.

Глава 29

Город. «Братство щенков»

Условного «города» Эберхард, Лес и Рао достигли через два часа выматывающей полуходьбы-полубега.

Скорость задавал Рао — он прямо-таки скользил над тропинкой, ухитряясь идти очень быстрым шагом, но не срываться на бег. Лес двигался не так грациозно, но не жаловался.

Эберхард тоже пытался не жаловаться, иногда отставая, а потом припуская бегом. Пока не натёр ногу.

Пришлось парням остановиться и искать решение новой и неожиданной проблемы.

У Рао была с собой символическая аптечка — пара ампул обезбола и нейротоник. А у Леса в карманах нашлись запасные носки, капсюль с кварцевым порошком, заявленный как счастливый, и леденцы от кашля.

Эберхард надел на свои носки лесовы, а от обезболивающего отказался, хотя пятка и в двойных носках очень противно ныла.

Рао попытался снова задать крейсерскую скорость, но теперь Эберхард уже не мог идти так быстро. И грантсу пришлось перекинуть его руку через плечо и частично тащить на себе. Лес определил это сумасшествие как марш-бросок.

Следующий привал они сделали в подлеске рядом с полем высокой травы, явно посаженной здесь искусственно — она росла чётким квадратом, который заканчивался где-то за горизонтом.

Рао ушёл на разведку, Лес тут же вырубился, а на Эберхарда напали маленькие летающие кровопийцы! Спящего приятеля они сочли несъедобным.