Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице

Прокурор всегда делает все возможное, чтобы поставить в невыгодное положение защитника.

— А после того, как мы побываем в квартире? Что тогда?

— Мы будем знать больше, чем знаем сейчас. Пусть Трэгг заявляет, что она упаковывала чемоданы, когда ее убили. Мы не станем возражать, а при перекрестном допросе обратимся к Трэггу: «Лейтенант, вы пришли к выводу, что эта женщина упаковывала вещи. А откуда вы знаете, что именно упаковывала? Может, она их распаковывала?» Трэгг даст саркастический ответ: «Но она ведь до этого никуда не уезжала, не так ли? Или вы утверждаете, что она обычно держала свои вещи в чемоданах, а раз в неделю раскладывала по ящикам себе в удовольствие?» Судья нахмурится, присяжные улыбнутся, а люди в зале суда засмеются. А затем я начну задавать ему конкретные вопросы о том, что находилось в чемоданах, и это докажет, что она именно их распаковывала. Все поймут, что я с самого начала знал, о чем говорю. Окружной прокурор проиграет раунд. Но самое главное — это придаст правдоподобие рассказу Марлин Марлоу. Другими словами, если бы Роза Килинг упаковывала чемоданы, она никогда не предложила бы Марлин вернуться, чтобы пойти поиграть в теннис. Если же она их распаковывала, то это становится вполне вероятным. Подобная маленькая деталь может привести к оправданию вместо обвинения в деле об убийстве. То есть рассказ Марлин Марлоу окажется правдивым. Ну, как насчет этого квартала, Делла? Есть машины, похожие на полицейские?

— Целый город мы, конечно, прочесать не можем. Ключ у нас. Давай рискнем.

— Я согласна, — сказала Делла. — Где ты собираешься остановить машину?

— Прямо перед ее домом.

— Конечно, опасно. Все это дело опасно. Как только мы зайдем туда, мы начинаем играть на руку Трэггу. Если он нас обнаружит, то арестует за проникновение в чужое жилище.

— Но мы же ничего не станем брать оттуда.

— Проникновение в чужое жилище подразумевает намерение, — объяснил Мейсон.

— Что ты имеешь в виду?

— Если лицо проникает в мошеннических целях, то его спокойно можно привлекать к ответственности.

— Ты хочешь сказать, что если нас поймают внутри здания, то нам никак не отвертеться?

— Нам придется убеждать присяжных, что целью нашего проникновения в квартиру не являлась кража. Это может оказаться очень сложно. Полиция станет доказывать, что мы намеревались что-то взять с собой.

— Им не требуется особо указывать на какую-то вещь. Они просто могут заявить, что это была улика, которую мы хотели скрыть от полиции. Нет смысла все это обсуждать, Делла. Мы не можем себе позволить быть пойманными.

— Так я выучу азы юриспруденции, — засмеялась Делла.