Отряд «Авангард»: Клинок пери. Багровая графиня. Тёмный Наследник

– Погоди, – остановил ее Никита. – Расскажи толком, что стряслось с сестрой?

Санька пожала плечами и снова заплакала.

– Пойдем посмотрим, – предложил Никита. – Я помогу, если что.

Санька испуганно уставилась на него, затем, помолчав, кивнула. Она и правда не знала, что ей делать.

– Показывай дорогу, – приказал Легостаев.

Девочка развернулась и двинулась обратно. Никита не отставал.

– Мы вчера спать легли около полуночи, – бормотала на ходу Санька. – Спим в разных комнатах. И у Аньки посреди ночи как грохнет что-то… То ли окно разбилось, то ли ваза со стола упала. Я проснулась, полежала немного, а потом, видно, опять уснула. Утром встаю – во всем доме шторы наглухо задернуты. Так, что даже свет не проникает. А Аня лежит в кровати, с головой укрытая. Я штору отдернула, чтобы посветлее было, а она как зашипит на меня. И целый день так. Ни завтрак, ни обед не готовила, только шипит… Да еще под одеяло прячется постоянно. Или с ума сошла, или случилось чего… Не знаю, что и думать.

– А родителям ты звонила?

– Они же за границей сейчас отдыхают, им не дозвониться никак. А больше у нас никого нет.

Вскоре они добрались до небольшого домика, окруженного метровым деревянным забором, выкрашенным в белый цвет. Ни в одном из окон не горел свет.

– Вон ее окно, – сказала Санька. – Гляди-ка, оно и правда разбито.

Никита проследил, куда указывала ее рука.

– Я несколько раз пыталась сегодня шторы отдернуть, а сестра от этого бесится. Потом вовсе разозлилась как черт и выгнала меня из своей комнаты. Только я за дверь, а она как давай там от злости все крушить. Такой грохот стоял! Будто и правда с ума сошла. Я одна к ней больше ни за что не сунусь.

Войдя в дом, они оказались в большом помещении – одновременно кухне и прихожей. Одну стену закрывала большая печь, вдоль других стояли шкафы. Сейчас здесь царил беспорядок – стол был опрокинут, стулья валялись по всей комнате, на полу поблескивали осколки посуды, были раскиданы старые газеты, одежда."

"Никита сразу почуял неладное. Он подошел к окну и отдернул шторы, впустив последние солнечные лучи. Глядя на него, Санька тоже принялась открывать окна.

– Где комната сестры? – спросил Никита.

Санька молча показала на ближайшую дверь. Легостаев собрался с духом, шагнул к ней и повернул ручку. Дверь со скрипом отворилась.

Переступив порог, он оказался в сумрачной комнате с наглухо закрытым окном. Никита осмотрелся по сторонам, прислушался. Здесь царила мертвая тишина, совсем не чувствовалось присутствие живого человека.

Легостаев подошел к окну – под подошвами кроссовок захрустели осколки – и рывком распахнул плотные шторы. Одно из стекол в деревянной раме отсутствовало, а на подоконнике темнели глубокие царапины, явно оставленные чьими-то когтями.