Отряд «Авангард»: Клинок пери. Багровая графиня. Тёмный Наследник

Видели друг друга обожженными, окровавленными, промокшими до нитки и избитыми до полусмерти. Вот из-за специфики своей работы Татьяна и предпочитала ходить в простой и удобной одежде, а не в дорогих брендовых вещах, в каких обычно щеголяла Наташка.

Татьяна вышла из лифта, но даже не успела дойти до своего кабинета. Прямо в коридоре ее перехватили руководитель их подразделения Панкрат Легостаев и Антон Василевский. Вид у обоих был озадаченный.

– А вот и ты, – вместо приветствия сказал ей Панкрат. Он, как всегда, был в строгом темно-сером костюме. – Очень вовремя. Едешь с нами.

– Куда? – не поняла девушка, покосившись на Василевского.

– Я знаю не больше твоего, – ухмыльнулся Антон. – Он мне даже кофе не дал допить.

– Позже будете кофеином накачиваться, – буркнул Панкрат. – У нас тут новое дело вырисовывается, и лучше заняться им немедленно, потому что после обеда меня вызвали на какое-то экстренное совещание к руководству.

Если их ждали срочно, значит, снова случилось нечто из ряда вон. Дело, с которым не справились бы обычные сотрудники полиции. У Татьяны сразу возникло плохое предчувствие, а интуиция ее еще никогда не подводила.

Панкрат нажал кнопку вызова лифта, и двери мгновенно открылись, кабина даже не успела спуститься вниз. Легостаев шагнул в лифт первым, и Антон у него за спиной успел быстро чмокнуть Татьяну в щеку. Он по своему обыкновению сосал леденец, и тонкая белая палочка торчала в уголке его губ. Татьяна ощутила запах мяты и ванили. Антон и ей предложил чупа-чупс, но она отказалась. Легостаев сделал вид, что ничего не заметил.

Пока спускались, Татьяна украдкой разглядывала отражения в зеркальной стенке лифта. Панкрат и Антон были примерно одного роста, на полголовы выше ее. Но в отличие от Легостаева в строгом костюме, Василевский был в черных спортивных штанах и черных кроссовках, а из-под куртки торчала ярко-желтая футболка на три размера больше, чем следовало. Таня улыбнулась про себя – Антон скорее напоминал парня, заскочившего из соседнего двора, чем сотрудника Департамента безопасности.

Они еще шли к машине, а Панкрат уже начал вводить ребят в курс дела.

– Позавчера умерла художник-оформитель Наталья Казанцева, большая любительница старины и антиквариата. Вроде бы ничего особенного, никаких признаков насильственной смерти… Но дочь Казанцевой Мария позвонила в полицию в дикой истерике, ее голос дрожал так, что дежурный не сразу понял, чего она хочет. Я сам слышал запись этого разговора. Девушка была не в себе. Позже мы поговорили с патологоанатомом. Он сказал, что Казанцева умерла в буквальном смысле от разрыва сердца. Что-то очень сильно ее напугало.

– Что же с ней произошло? – сдержанно спросил Антон.

– Вот это мы и должны выяснить.