Перезагрузка

Волна тепла влилась в плечо, в шею, промыла голову, Матвею показалось, что он снова слышит на грани восприятия тонкий голосок:

– Я‑а‑а… те-е‑бя-а… на-а‑стро-о‑ю‑у‑у…

Настраивай, согласился он, улыбаясь. Мы подружимся.

Снаружи раздался негромкий крик:

– Матвей!

Он вздрогнул, осознав, что напрочь забыл о присутствии спутницы, хотел снять Гхош, потом подумал, что на руке он не будет мешать, и оставил, начал спускаться по пандусу обратно, на пол главной усыпальницы замка.

Спину продрал морозный ветер: в него кто-то целился! Но было уже поздно что-то предпринимать, он был незащищён и открыт как поставленный к стенке смертник. Если бы он был один, мог бы попытаться прыгнуть в сторону и укрыться за опущенным языком «пандуса». Но судьба Дивы была неизвестна, и Матвей, «разогрев» свои внутренние резервы, слез с мостика и повернулся к Диве лицом.

Её держали за руки два мордоворота в пятнистых спецкостюмах. Один зажимал ей рот рукой, второй приставил к голове девушки ствол пистолета. В шаге от них стоял Стас в расстёгнутой куртке, засунув руки в карманы штанов, и раскачивался с носков на пятки, разглядывая брата со снисходительной усмешкой на губах.

– Привет, братишка. Извини, что приходится прибегать к таким приёмам. Ничего личного, как ты сам понимаешь, только определённый интерес.

– Отпусти её! – глухо проговорил Матвей.

– Конечно, отпущу, это я на всякий случай, чтобы ты не полез в драку. Боец ты хороший, слов нет, может, даже лучше меня, хотя и я неплох, но в нынешних обстоятельствах твои кондиции не имеют значения.

– Чего ты хочешь?

– Правильный вопрос. Я не знал, что мы ищем одно и то же. Отдай мне эту штуку, – Стас показал на браслет, – и мы разойдёмся, как в море корабли.

Матвей покосился на руку с браслетом.

– Зачем тебе Гхош?

– Что? – удивился Стас. – Почему Гхош? Это Эскулап.

– Эскулап?! – в свою очередь, удивился Матвей. – Здесь прятали «переводчик»…

– Не знаю, откуда у вас эти сведения, но это Эскулап.

Дива замычала.

Стас посмотрел на неё:

– Освободите девушке рот.

Громила с чёлочкой отнял руку.

– Скоты! – сдавленным голосом проговорила Дива.

– И мы вас уважаем, – иронически заметил Стас. – Отдайте Эскулап, и вы свободны.

Матвей прислушался к своим ощущениям: по жилам побежали потоки энергии, подключаясь к общему резонансу от позвоночника к ногам и голове, тело обрело невиданную прежде гибкость и силу, сердце превратилось в реактор, координирующий объединение органов чувств, голову продул пронзительный морозный ветер, превращая её в компьютер, способный мгновенно рассчитать любое движение.