Перезагрузка

– Мы в пути уже минут двадцать…

– Двадцать две.

– Надо поторопиться. Давайте, я прошмыгну в левый ход…

– Нет времени на игры, сосредоточьтесь на ответвлениях. Стёкла!

Десантники опустили на забрала шлемов тёмные пластины, вложили в уши беруши.

Тарас бросил в оба хода по светобарической гранате.

Дважды грохнуло! Вспышки ярчайшего света выхватили из темноты изгибы и стены коридоров, чугунные плиты пола, ниши с ларцами в них и вмурованные в стены оконца.

Из центрального коридора донёсся крик.

Котов и Самандар дали по очереди в разветвления коридора. Тарас призраком метнулся в центральный проход, раздалась короткая очередь, зажёгся фонарь.

– Что у вас?

– Чисто, – ответил Самандар.

– Вперёд!

Миновали поворот, обнаружив два тела в рясах. Оба монаха сжимали в руках автоматы (у них были русские «калаши») и могли задержать отряд надолго, держа под прицелом все ходы, однако опытом боевого охранения они обладали никаким и серьёзного сопротивления оказать не могли.

– Ищите келью старца Феодосия, – сказал Тарас, освещая лучом фонаря ниши по обеим сторонам коридора.

Разошлись по ходам, изучая таблички с именами святых старцев.

Вскоре раздался голос Тараса:

– Идите сюда, я нашёл.

Собрались у кельи с табличкой «Пр. Феодосий Чудотворец».

Дверь кельи оказалась закрытой, а так как искать механизм открывания или ключ было некогда, дверь взорвали, использовав знаменитую американскую взрывчатку – пластит.

Стены коридора содрогнулись, и Парамонов проворчал:

– Как бы нас не услышали.

– Охрана сейчас занята боем, – сказал Тарас, откидывая с пола кельи циновку и обнажая квадрат люка. – По моим подсчётам Сход уже начался.

– А если эти нелюди успеют активировать Великие Вещи?

– Что ж, мы тоже обретём такие же колдовские возможности, что и анархи Комитета, а может быть, и большие. Но я надеюсь на Матвея.

– Ты думаешь, он…

– Он жив, я чувствую – это во‑первых. Во‑вторых, Дива где-то с ним или недалеко от него, я это тоже чую. А вдвоём они и есть…

– Архитектор?

– Пока ещё – оператор реальности, замена инфарха. Если оба уцелеют…

– Если? – Парамонов оглянулся на Котова."

"– Мир изменится в лучшую сторону, – закончил Тарас. – Хотя им придётся тяжело. По сути, Сход Комитета означает собой проявление Монарха Тьмы. Конкере нельзя уничтожить, его можно только ограничить, что и сделал инфарх два десятка лет назад. В каждом из иерархов Комитета живёт частичка Монарха, частичка Дьявола, поэтому они так легко и объединяются в структуру сатанинского управления человечеством. Сход – это вообще замысел Конкере с помощью Комитета вернуть себе власть и трансформировать реальность, здорово урезавшую его права.