Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

Когда масса стала устойчивой и увеличилась почти втрое, я кивнул, показывая, что достаточно. Машка с гордостью отставила миску, рассматривая результат своих трудов.

— Теперь следующий шаг, — сказал я. — Возьми ту сковородку, на которой картошку жарили, и поставь в печь, чтоб та нагрелась.

Машка послушно метнулась, достала указанную сковороду — чугунную, с высокими бортиками — и поставила её в печь.

— Пока она греется, — продолжил я, — берем муку. Тоже по ложке на яйцо.

Я аккуратно отмерил муку и начал медленно добавлять в яичную смесь.

— Теперь перемешиваем ложкой, — пояснил я, — но уже медленно и аккуратно, чтоб то, что сбили, сохранилось, но мука при этом растворилась и была без комочков.

Машка наблюдала, затаив дыхание, как я осторожными движениями вмешиваю муку в пышную массу.

— Дай я попробую, — снова не выдержала она, и я с улыбкой уступил ей место.

Машка старательно повторяла мои движения, иногда останавливаясь и вопросительно глядя на меня, проверяя, всё ли правильно делает. Я кивал, подбадривая её, и она продолжала с ещё большим рвением.

Когда тесто было готово — однородное, без комочков, но при этом не потерявшее своей воздушности, — я проверил сковороду. Она уже достаточно нагрелась.

— Теперь смажем её маслом, — сказал я.

Мы смазали внутреннюю поверхность сковороды тонким слоем масла, используя чистую тряпицу, и аккуратно вылили получившееся тесто в ёмкость.

— Всё — ставь в печь, — скомандовал я. — На минут сорок-пятьдесят.

Машка осторожно, используя холщовые рукавицы, поставила сковороду с тестом в печь, в место, где жар был ровным, не слишком сильным.

— А теперь займемся другим, — продолжил я, не давая ей времени на расспросы. — Возьми литр сметаны.

Машка достала глиняный горшок со сметаной.

— Добавь пол кружки мёда, и взбивай венчиком, точно так же, как до этого яйца взбивали.

Машка замерла, держа в руках горшок со сметаной и глядя на меня с нескрываемым любопытством.

— Егорушка, а это что будет-то⁈ — не выдержала она наконец.

— Увидишь, — ответил я с загадочной улыбкой. — Давай, начинай взбивать, а то тесто уже печётся.

Машка, сгорая от любопытства, но доверяя мне полностью, принялась усердно сбивать будущий крем. Вскоре медово-сметанная смесь начала приобретать нужную консистенцию — густую, но при этом воздушную.

Я поглядывал на тесто через приоткрытую заслонку. Оно постепенно поднималось, становясь всё пышнее и золотистее."

"Запах, распространявшийся по избе, был божественным — сладкий, тёплый, уютный. Даже Бусинка, обычно дремавшая где-нибудь в уголке, подошла ближе, принюхиваясь и с интересом наблюдая за нашими действиями.