Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

— Пусть пешком идут, так надёжнее будет.

Те переглянулись и тот, что на меня замахивался стал грубо и с властными нотками ругаться.

— Да вы знаете кто мы? Вас же сгноят в компостной яме, на дыбу повесят и…

Я не стал дожидаться продолжения полёта его фантазии и с размаху заехал в скулу. Тот как стоял так и рухнул на землю.

— Еще хоть слово услышу — скажу что так и было…

А сам повернулся к Ивану с Пахомом и строго сказал:

Как только говорить начнут — или кляп в рот пихайте или по темечку обухом, только главное, чтоб до города живыми довезли. А в каком состоянии — не важно. Все понятно?

Иван с Пахомом кивнули. Но на самом деле, я все это больше говорил для этих бандитов, чем своим людям. Надеюсь, они сделали правильные выводы.

Служиве же ловко каждого пленника привязали прочной верёвкой к седлу, оставив достаточно длины, чтобы тот мог идти, но не более того.

Захар лично перепроверил путы, дёргая за узлы и осматривая верёвки. Кивнув сам себе, остался доволен:

— Так-то лучше. От таких всего можно ожидать.

Я отвел Ивана в сторону, туда, где нас никто не мог подслушать:

— Слушай внимательно, — понизил голос до шёпота. — С пленниками беседы не вести — помнишь, что государев человек говорил⁈

Иван посмотрел мне прямо в глаза, всякая улыбчивость пропала с его лица:

— Конечно помню, Егор Андреевич. Ни слова с ними не перемолвлюсь.

Я достал из-за пазухи запечатанный сургучом конверт и вложил ему в руку:

— Береги как зеницу ока. Полиции передашь. Желательно кому-то из старших, понял?

Иван осторожно спрятал конверт за пазуху, под рубаху:

— Понял. Сделаю всё как надо.

Последние приготовления были закончены. Пахом взобрался на своего гнедого, Иван сел на серого в яблоках жеребца. Митяй легко вскочил на телегу и пристроился поверх досок. Воз, запряжённый Ночкой, был готов тронуться.

— С Богом, — перекрестил их Захар.

Они медленно тронулись со двора. Пленники, понукаемые Пахомом, зашагали за лошадьми. Я смотрел им вслед, пока они не скрылись за поворотом дороги, и почему-то на душе было неспокойно.

Когда мужики уехали, мы с Захаром направились к сараю, куда вчера посбрасывали оружие преследователей. Захар шёл неторопливо, время от времени потирая бороду и о чём-то размышляя.

Распахнув скрипучую дверь сарая, мы оказались перед небольшой горкой оружия, тускло поблескивающей в полумраке.

— Добрый улов, Егор Андреевич, — Захар присвистнул, разглядывая клинки. — Оружие-то знатное. Видно, что на заказ сделанное. Не у деревенского кузнеца покупали.

Он поднял один из клинков, проверил остроту большим пальцем и одобрительно кивнул.

Я потянулся к сабле, которая сразу привлекла моё внимание. Извлёк её из ножен — клинок мягко зашипел, словно был рад вырваться на свободу. Не привычной она была.