Переводчик с эльфийского языка

И уже через несколько минут зельевар принес на серебряном подносе чайный сервиз с пузатым чайничком, аккуратно разлил чай по расписным чашкам. Вазочки с повидлом и конфетами также прилагались.

Как ни странно, говорили эльфы мало, вернее, они общались, но исключительно о вкусном чае, необычном печенье, фруктовых конфетах и о чем-то еще, совершенно не относящемся к делу. Вскоре я и вовсе потеряла нить разговора, он ушел в какие-то дебри, и о смысле сказанного оставалось лишь догадываться.

Чаепитие за неспешными разговорами ни о чем заняло не меньше часа. За это время я разглядела все в мельчайших деталях, включая и зельевара-полуэльфа.

Тисс был темноволосым. Не знаю, встречается ли подобный цвет у чистокровных эльфов, или это человеческое наследие. В книгах, что я читала, все эльфы были как на подбор светловолосыми, но специально я этим не интересовалась. Черты лица скорее эльфийские: тонкие и удлиненные. Зато уши, выглядывавшие из-под прямых волос, вполне человеческие, разве что самую малость крупноваты.

– Еще чаю? – спросил он у меня так неожиданно, что я и не сразу поняла, вернее, поняла, но не осознала, что вопрос был задан именно мне на всеобщем человеческом.

– А, нет, спасибо! – очнулась я, заметив, что пауза в разговоре затянулась и мужчины в две пары глаз уставились на меня.

– Ты ведь зельевар? – поинтересовался Тисс, и я удивленно распахнула глаза.

– Откуда вы знаете?

– Я видел тебя с Эльзой, – просто ответил полуэльф, поразив меня до глубины души.

Надо же, он меня запомнил!

– Значит, она действительно отошла от дел, – продолжил Тисс, то ли спрашивая, то ли утверждая.

– Да, сын уговорил сидеть с внуками, а в ее лавке открыть магазин со сладостями, – пояснила я, чтобы не чувствовать себя глупо, если это все-таки заданный нейтральным тоном вопрос.

– Вот как, – произнес Тисс чуть удивленно.

У него оказался очень тихий, спокойный голос, под стать этому месту. В нем плохо различались интонации, да и по лицу, тоже очень спокойному, сложно было что-то прочесть. Пожалуй, некоторая отрешенность – это общая эльфийская черта.

Кариэль, на которого я украдкой бросала взгляды, вроде бы не прислушивался к нашему разговору, привычно витая в облаках и задумчиво помешивая свой давно остывший чай.

– И как тебе работается с эльфийским послом? – неожиданно спросил полуэльф с улыбкой.

– Нормально, – тут же напряглась я.

Кариэль, разумеется, и ухом не повел, слишком глубоко уйдя в себя.

– Присматривай за ним, – попросил полуэльф, который, кажется, знал куда больше моего.

Но, судя по хитрому виду, делиться знаниями не собирался.

Как ни странно, ничего смотреть мы не стали. Кариэль долго прощался, благодарил за теплый прием, но зелий не заказал.