Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы

Переволновался! Даже на лбу испарина выступила. Я его понимала, сама со страха чуть ласты не склеила.

- Ее нет. Она ушла, - сообщила командору.

Успокоить хотела, обнадежить что ли. И совсем не ожидала его реакции:

- Знаю, - ответил Элиастр и чуть приподнял уголки губ, словно успокаивал улыбкой.

Я из-за него от Вселенной отказываюсь, а он все знает?! Вы видели? У меня, между прочим, кроме Амакира еще Власова наивная одна штука имеется. И я завертелась в его руках, пытаясь обрести точку опоры и равновесие.

- Я люблю тебя, Агни, - прошептал он.

Но… Атмосфера романтики отошла на задний план, остались сосредоточенность и чувство долга.

- Мы еще вернемся к этому разговору, - предупредила я, почувствовав, что стою на своих ногах.

Улыбка исчезла, а взгляд стал удивленным. Даже на секунду показалось, что на лицо набежала тень. А вот этого не нужно! Я тут не для этого званием Богини разбрасываюсь.

Власова парила в полуметре от пола, вся окутанная сиреневым сиянием. Оюн нашла новую жертву, хотя… Возможно, Владка с чистой душой и свободным сердцем станет ей лучшей подругой, чем я. И все равно мне за нее было тревожно.

«Сглупила ты, Агни! А какие надежды подавала!» - вздохнул рядом невидимый лисец.

Так и знала, что без хвостатого не обошлось!

«Хорошо, что я подстраховался и подготовил запасной вариант. А все любовь ваша внезапная. И почему у древних именно к этому чувству такое уважение?» - могу поспорить, что хвостатый в этот момент пожал невидимыми плечами. Или что там их заменяет у звездных хорьков?

«Тут без вариантов! – Да, я его не щадила. Пусть привыкает к реальности! – Не прочувствуешь – не узнаешь!».

«Ну вот скажи, неужели один эггер тебе дороже, чем вся Вселенная? Да такие, как он, перед тобой пачками склонялись бы, почитали, боялись, а ты…».

«А мне совсем не хочется, чтобы меня боялись, понимаешь? И Эли для меня вся Вселенная, другой не нужно. – Я улыбнулась. – Заведи себе подружку, здесь их на каждой ветке по выводку. И сам узнаешь. Давай тебе выберем самую э-э-э… ушастенькую?».

«Думаешь, я не пробовал? – отчего-то разозлился Фокс. – Дуры они все темные! Беспросветные! Нас разделяют миллиарды лет эволюции, сечешь? Это все равно, что тебе влюбиться в прародителя приматов».

Я представила. Воображение у меня живое, образное. Картинка получилась малопривлекательная. Более того, отталкивающая. И сразу жалость к хорьку проснулась. Разве можно столько жить без любви? Одиночество грустная штука.

В этот самый момент сияние вдруг втянулось во Владкино тело, она плавно опустилась на землю и открыла глаза. Они сияли, хотя были все такими же зелеными, а вот волосы, роскошные рыжие локоны подруги сменили цвет. Пряди посветлели и стали совсем белыми.

- Власова, ты как там, в порядке? – осторожно спросила я.