Перемирие с мажором

Степень моего бешенства  предстоит почувствовать боксерской груше. С Вороновой Катариной Юрьевной разберусь после.

12 Филиал общаги и воришка шоколада

Прислоняюсь спиной к двери и издаю тихий стон. Внутри бушует взрывоопасный коктейль из гнева, раздражения, возмущения, непонимания и озабоченности. Мне совершенно непонятно, что в голове у человека по ту сторону двери. То его выводит из себя одно моё присутствие, он, не стесняясь демонстрирует своё отношение, то предлагает помощь и ведется как ревнивый...даже в мыслях его не могу назвать ревнивым парнем, скорее надоедливый сосед. Попросила консьержа помочь с посылкой, а Девятов как с цепи сорвался. И чем ему Дима не угодил! Можно подумать, кольцо на пальце только Роман Кириллович видел! Каждое его слово, словно мерзкая липкая жижа, покрывающая с ног до головы раз за разом. Что именно ему привиделось флиртом?!

Думала, всё устаканилось. Живём в одной квартире с минимумом контактов. Снова не понимаю как себя вести.

Хоть бы меня взяли в клубе на полную неделю. Надо как можно скорее выбираться отсюда. Родители настоятельно советуют не рубить с плеча. Ухватиться за первую попавшуюся возможность легко, а потом оказаться в ещё более невыгодном положении. Призрачная надежда вернуться в общежитие по-прежнему маячит на периферии. Обременять родителей обязательной ежемесячной помощью себе, мне хочется меньше всего. Взрослая девушка как-никак.

Всеми силами стараюсь отвлечься от невесёлых мыслей, и с головой ухожу в недоделанный практикум. Прерывает меня неожиданное и сердитое бурчание возле уха:

- Где твоя транспортная? Час прошёл.

Застигнутая врасплох, подскакиваю и падаю под стол.

- Сту..стучаттться нне уч..учили? - теперь ещё и заикаюсь! Разумеется, надо подкинуть мажору свеженьких поводов для насмешек, вдруг, его фантазия иссякнет.

- Неплохо смотришься. Так что? - сейчас подпрыгивать начнёт от нетерпения.

Поправляю съехавшую майку, выползаю из под стола и, скрестив руки на груди, сажусь на кровать. Мне хочется наорать, выплеснуть все эмоции накопившееся во мне. От опрометчивого шага меня останавливает нежелание подкармливать его внутреннего извращенца. Я подметила: чем очевиднее и острее моя реакция, тем шире его усмешка и ярче нездоровый блеск в глазах.

- Я помню, ещё не звонили, - произношу ровным голосом с почти нормальной улыбкой.

Он прищуривается, глаза полыхают злостью, ноздри раздуваются, желваки ходят ходуном. Рома ставит руки по обе стороны от меня, коленом прижимая мои ноги к кровати. Мне не больно, но в таком положении у меня мало шансов выбраться. Он выше и определённо сильнее меня. Мне становится по-настоящему страшно. Горячее дыхание бьёт в лицо, вонзаясь сотней иголок в каждый миллиметр кожи.

- Если у тебя дела, то я сама как-нибудь...