Харон. На переломе эпох

Много пятен пожарищ, много отблескивает битого стекла. И совсем нет движения. Разве что Зубастик какой перебежит из тени в тень. Центр города, похоже, мертв — несмотря на все заверения бригад, которые тут власть делили.

Прошли над Радужной бухтой, оставив по левому борту погранчасть Димыча. Пан проводил мертвую неподвижность места службы долгим взглядом. Затем пошли над железной дорогой, и над промзоной «Лазаревка» повернули к Закрытой бухте, завершая облет.

Меня интересовала бухта Ховенлахти, которая будет следом за Закрытой бухтой у нас по курсу. Там, на берегу, лежал Выборгский судостроительный завод с кораблями и корабликами, приткнувшимися к пристаням. В ста метрах от причала стояли круглые топливные танки склада ГСМ Министерства обороны, а рядом со складом, буквально стена к стене, стоит Выборгская нефтебаза. Вот мне и стало интересно, как это все добро поделили хозяйничавшие в городе «слуги народа».

Пролетев над причалом Выборгского судостроительного, заложил правый, довольно крутой вираж, пройдя над Интендантской горой и с нового ракурса рассматривая нефтебазу с хранилищем. Завершил вираж и пошел на второй, плавно опускаясь пониже."

"— Димыч, я не понял, а почему при разборках нефтебазу не сожгли? Вон, есть радужные пятна и нефтяные пятна, да еще вон там и там очаги пожаров были. А база то почему не сгорела? Город мертвый, а бункеровщик «Байкал» стоит у причала, вон, рядом с плавдоком видишь? Как это начальники сбежали без полутора тысяч тонн топлива?!

Пытался контролировать вираж, одновременно показывая Димычу пальцем на странности. Я был уверен, что тут отбушевало пожарище, и половина судов у причалов попорчено. А тут, хоть Шутника с пустыми бункеровщиками в командировку отправляй! Правда, может на базе танки уже пустые, но я в это не верю — слишком большие объемы, чтоб их увезти на автомашинах. Да и танкеров для вывоза морем понадобится несколько.

На третьем вираже я, неожиданно для себя сказал.

— А давайте сядем! Подрулим вон туда, к раздаточному терминалу, и посмотрим на обстановку. Нам все равно еще над Высоцком появляться рано, там народ еще час другой дозревать будет, не в воздухе же нам бензин жечь! Так почему бы не сюда сесть?

Катюха с Димычем глянули на меня удивленно, сонный Михаил передернул плечами и устроился удобнее на кресле.

— Молчание, знак согласия — сказал я, прибирая двойную ручку сектора газа и нацеливаясь между причалом Выборгского судоремонтного и Бобровым мысом. Оттуда до интересующего меня терминала метров триста — как раз доскользим на пробеге.

Передал управление Катюхе, опять испытав желание закурить. Вот вроде и делает она все правильно, но нервы мои шалят знатно. На этот раз мы едва не «выровнялись» под водой.