Харон. На переломе эпох

В поселке, что в двух километрах восточнее, за лесом, осталась только нежить. Вот мы от Осинового мыса и каботажили напрямую к метеостанции у Каменного мыса.

Метеостанция оказалась сооружением более капитальным, чем предыдущая база отдыха. Домики каменные, некоторые двухэтажные. В залив выступает длинный пирс, недалеко от которого мы и встали, так как на территории обнаружились живые в изрядном количестве.

Тут общение вышло более душевным. С нами связались по радио, пригласили на чай. Супруга напутствовала меня «не пить и баб много не приводить», после чего благословила, отпихнув Финик от борта.

На пирсе встречали толпой и пока шли к территории мне пытались всех представить, одновременно выспрашивая обстановку и интересуясь планами «властей». Гвалт поднялся изрядный. А когда пришли к аккуратному домику, вообще возник стихийный митинг, на котором пришлось кратко обрисовать обстановку. Тут собрались семьи как на охотбазе Воронки. Знакомые знакомых и семьи соседей. Эвакуировались сюда еще в начале новой эры, и все ее ужасы видели только по телевизору. А о положении дел знают из радиопередач. И тут мы, на белой яхте. Вот народ и прорвало — не остановить. А время идет! Нам еще каботажить и каботажить! До дамбы минимум сорок километров, а мы и десятка еще не прошли. Выпадаем из всех оговоренных сроков разведки."

"Хоть и задержались, но я провожал Каменный мыс теплой улыбкой. Насколько разные компании собрались на двух мысах, разделенных парой километров бухты. И даже жаба рассталась с коробкой припасов без истерики.

Батарейную бухту прошли краем. Тут база заправки подводных лодок была, с далеко вынесенным в залив пунктиром островков-опор под заправочные трубы. Местами даже сохранился ажурный мост, где эти трубы проходили. Но топливные емкости уже много лет пусты, инфраструктура базы в руинах. Остается только покричать людей. Но в ответ — тишина.

Обогнули полуостров Каравалдай и вошли в Графскую бухту. Тут был шанс увидеть много живых — место довольно уединенное и войсковая часть присутствует. В связи с этим пытались идти максимально близко к берегу, но прибрежные россыпи камней, обычные для этих мест, напоминали об осторожности.

К счастью ожидания не обманули. От пирса рыбокомбината, говорят, загибающегося, отошел катер и, чихая мотором, рванул к нам. На всякий случай накинул на шею Суоми, заодно вспомнив, что барабан я так и не набил. Что, впрочем, не помешает мне надувать щеки и изображать посланца всесильного атома.

Два дядьки в брезентовых непромоканцах сильно пахнущих рыбой поприветствовали нас с воды и попросились под борт. Первый раз нас столь вежливо встречают. Если мужики еще и разуются, поднявшись на яхту, я им без разговоров ящик еды и цинк патронов отдам.

Но мужики обувь не сняли.