Момент перелома

Да, – подпоручик вытащил из кармана бумажку, – при сем господине обнаружены документы на имя Сигизмунда Розенблюма…"

"– Погоди, погоди, – Одинцов потер пальцем переносицу, – Сигизмунд Розенблюм… Сигизмунд Розенблюм… сдается мне, где-то я про этого господина слышал… Точно, Михалыч говорил… – Александр Михайлович с недоумением переглянулся с Михаилом, Одинцов заметил выражение их лиц и поправился, – то есть, прошу прощения, Ваши Императорские Высочества – я слышал что-то от капитана второго ранга Баева, руководителя всей нашей службы безопасности. Кстати, если при вас кого-нибудь назовут одним отчеством без имени, то это значит, что, во-первых – этот человек в возрасте за сорок, и во-вторых – имеет крайне высокий авторитет в данной среде. – Одинцов посмотрел на Великого Князя Михаила. – Так вот, что касается господина Розенблюма – как у всякого порядочного британского шпиона и диверсанта, у него есть и другое имя – Сидней Рейли, кстати, в будущем весьма известное. В нашей истории он был косвенно причастен к смерти и экс-императора с семьей, и его единственного младшего брата. По замыслу умников из Лондонского Сити, Россия уже никогда не должна была возродиться как империя. Да и как у республики ее судьба должна была быть печальной… – Одинцов на минуту задумался, потом посмотрел на подпоручика. – Передайте капитану Рагуленко мой приказ – этого Розенблюма доставить на Эллиоты целым и невредимым. И пусть вколет ему лошадиную дозу снотворного, этот человек крайне опасен.

Подпоручик уже собирался отойти от стола, когда Великая Княгиня Ольга вдруг махнула рукой.

– Подпоручик!

– Да, Ваше Императорское Высочество? – отозвался моряк; на его лице снова была одета маска дежурной вежливости.

Ольга покрутила между пальцев выбившийся из прически локон.

– В самом начале вы сказали, что человек, который собирался в нас стрелять, имел такой сильный запах, что ваши сол… бойцы отказались ехать с ним в одном катере… Но отчего?

Подпоручик вопросительно посмотрел на Карпенко, после короткого раздумья тот кивнул, и подпоручик снова повернулся к Великой Княгине.

– Видите ли, Ваше Императорское Высочество, вообще-то о таком предмете не принято рассуждать за столом, но если вы настаиваете… Значит, так – когда этот тип уже собрал винтовку и приготовился в вас стрелять, тут-то на него и набросились сразу два «куста». От такой неожиданной конфузии с господином Розенблюмом случилась самопроизвольная дефекация…

При этих словах Великий Князь Михаил неожиданно поперхнулся отличным цейлонским чаем, а Великая Княгиня Ольга, чье неумеренное любопытство и вызвало этот рассказ, пунцово покраснела.